Симона и Грета

Симона и Грета

Елена Александровна Доброва

Три женщины – три трудных характера. У каждой своя версия правды, свое белое и свое черное.

Единственное общее для всех троих – это то, о чем они не хотят вспоминать.

История основана на реальных событиях.

Елена Александровна Доброва

Симона и Грета

© Доброва Е.А., текст, 2016

© Димитрюк Г., рисунок, 2016

© Суслина А. Л., оформление

* * *

1

– С кем ты живешь?

– С мамой и тетей.

– А отец там, бабушки, дедушки?

– Дедушка умер, когда меня еще на свете не было.

Бабушка – пять лет назад. А отца своего я никогда не видела.

– Что, разошлись?

– Да нет. Я так думаю, что мама не была замужем. У них был роман, и я родилась. А он остался в своей семье.

– Ты так спокойно об этом говоришь?

– А что делать? Я знаешь, решила, что лучше я буду об этом прямо говорить, чем стесняться. Чего стесняться-то? Я ни в чем не виновата, мама тоже. Она хотела ребенка от любимого человека. Ей уже было сорок. Он не мог уйти от семьи.

И мама решила, что все равно меня родит. Ты, кстати, почему спрашиваешь?

– Просто так. Интересно.

– То есть тебе просто интересно? Любопытно, да?

– Ну, просто обычный вопрос.

– А ты вот не подумал, что этот вопрос может быть бестактным? Думаешь, мне приятно первому встречному все рассказывать про свою семью?

– Я же не первый встречный.

– Я так и знала, что ты так скажешь. А кто ж ты? Второй встречный? И все равно – зачем тебе это нужно? Какая тебе разница с кем я живу?

– Да я просто спросил.

Мне без разницы. Я думал, ты скажешь – мать, отец, бабушка, брат…

– Да не думал ты. Если б думал, то тебе бы пришло в голову, что не у всех есть отцы, братья и прочее, и может, кому-то неприятно об этом говорить.

– Но ты же спокойно рассказала…

– Да. Потому что меня уже спрашивали такие, как ты, и мне уже было неприятно. Как будто больше не о чем спрашивать. И я решила говорить, как есть – прямо, мне так легче. И вопросы сразу отпадают. И потом, все равно все знают.

Или узнают. Но я действительно считаю, что здесь ничего стыдного – неполная семья, нет отца, что за невидаль. Но вопрос-то все равно бестактный, потому что в принципе кому-то может быть неприятно. А тебе было бы приятно, если б тебя кто-то начал спрашивать что да почему, да где отец. Разошлись, умер или бросил?

– Вообще, наверно было бы неприятно.

– Правильно. А почему?

– Ну, не люблю, когда лезут.

– Вот именно. Теперь понял?

– Понял, понял.