Следы

Эта музыка-примета,

что душа ещё не спит,

Всё гуляет под горою

Иль у речки под мостом,

Ходит, бродит за мечтою

Точно в детстве босиком

И сквозь памяти туманы

Вдруг потянется назад,

Но в покинутые страны

Не пускает водопад.

Плещет, струи завивая

Меж окатанных камней

и бежит, куда – не зная,

С каждым годом всё быстрей…

* * *

Когда, в объятья падая,

точно в сон впадая,

Сама того не ведая,

Бог знает, как страдая,

Несешься прямо в небо

С закрытыми глазами,

Сама того не ведая,

набухла вся слезами.

И ненависть, и ненависть —

Ах, сладкая отрава,

Она в обнимку с ревностью,

Что за причуда, право?

зачем любовь и нежность

Забились по углам.

не лёгок труд Надежде

Отыскивать их там,

не лёгок труд оттаивать

Сушить, отогревать

И, в суть вещей вникая,

Судьбу свою решать.

Когда утихнут песни

В прохладе долгих зим,

Мы посмеёмся вместе

и вместе погрустим.

* * *

Я к тебе приходил,

Как ребёнок прижаться,

Позабыть про пути,

где гуляют святые

Ах, как сладко любить,

Ах, как просто казаться

молодым и счастливым

в эти дни золотые.

Но холодные ветры, но долгая осень.

только скрип за окном от надломленной ветки,

Да молчанье в ответ на простые вопросы,

да вопросы, которые тоже – ответы.

И заходится сердце, и ночами не спится,

И душа улетает по лунной дороге,

улетает в тиши, точно синяя птица,

Растворяясь в сияньи печально и строго.

Подойти бы к тебе,

как ребенок, прижаться,

Позабыть про пути,

где гуляют святые…

Но, так трудно любить,

и так трудно казаться

Молодым и счастливым,

как в годы былые.

* * *

Последний укатил вагон.

не важно, синий иль зелёный.

Не важен цвет того вагона,

А важно – опустел перрон.

Ушли носильщики, катя

Перед собой свои тележки

И расставаний суетня

Распалась сразу, без задержки,

Умолк колёсный перестук,

Уж не слыхать, как рельсы стонут,

И города привычный звук

Возник над тишиной перрона.

Всё стало будничным. Пора

домой идти, в метро толкаться,

Заснуть спокойно до утра

и ни о чём не волноваться.

Но, сам не знаю, почему,

Вослед ушедшему вагону

смотрю сквозь изморось и тьму

и не могу уйти с перрона.

Как будто нить оборвалась,

вдруг стало всё вокруг угрюмым,

И липкая перрона грязь,

и ночь, и изморось, и думы.