Доктор Фанди Айболит

– Ничего, – мрачно ответил сын, – на мой взгляд, пес по имени Фанди будет смелым и сильным, как прилив.

– Разговор окончен, – объявила мать.

Незадолго до семнадцатилетия Игорек сказал родителям:

– Хотите вы или нет, но собаку я заведу, выучу ее и пойду с ней служить в аэропорт. В квартире мне принадлежит одна комната, запретите покупать пса – я жилье обменяю. Денег у вас не прошу, заработал летом на щенка немецкой овчарки. Все. Беседа окончена, я уже не маленький, больше вам меня прессовать не удастся.

Когда сын ушел, Петр Николаевич взглянул на жену:

– Перегнула ты палку, Игорек характером в покойного тестя пошел. Начнешь на своем настаивать – потеряешь парня.

Ирина Глебовна поджала губы, но все же пошла к сыну:

– Хорошо. Заводи пса. Но не овчарку, она огромная. У моей подруги есть мопсиха, она родила щенков. Одного из них тебе отдадут, выбирай: или мопс, или никто.

Вот так у Михайловых появился Фанди. Ни Ирина Глебовна, ни Петр Николаевич не полюбили собаку, щенок повсюду оставлял лужи, по ночам рыдал, оставшись один в коридоре, грыз тапочки.

Нет, Фанди не обижали, его не били, кормили, купали, водили на прогулку, делали прививки, но… не любили. Мопс не сидел с хозяевами в кресле, никогда не клянчил еду со стола. А какой смысл просить сухарик, если его все равно не дадут? Фанди не гладили, не обнимали, не говорили ему ласковых слов.

Игорь накупил учебников, попытался сам дрессировать мопса, быстро устал и отвел собаку к инструктору.

Тренер объяснил щенку-подростку азы науки нюхача и велел хозяину закрепить результат.

Но парень уже жалел о том, что завел собаку, поэтому сказал матери:

– Давай Фанди кому-нибудь отдадим.

– Нет, – отрезала Ирина Глебовна, – завел животное – неси за него ответственность. И, дав слово, держи его. Обещал отцу работать в аэропорту? Значит, туда и отправишься. Тебя никто за язык не тянул.

Гарик знал, что после школы ему придется надевать форму: возможность того, что сын избежит службы, в семье Михайловых даже не обсуждалась.

У юноши было два сценария жизни: либо он таможенник, как отец, либо пограничник, как мать. Но выбор все-таки был, и Игорь понимал: он сглупил, служить с мопсом ему совсем расхотелось, но деваться некуда.

Фанди вместе с хозяином прибыл в один из московских аэропортов и приступил к исполнению обязанностей. Через месяц над Игорем потешались все, включая тетушек, торговавших газетами и журналами. Мопс стал притчей во языцех.