Хрустальная роза дождя. Психологический триллер, или Офисная зарисовка

– Здравствуйте, кого не видела! – зычно заголосила она, и Валентину захотелось куда-нибудь срочно спрятаться, ретироваться. – Сегодня видели кровь на крыльце? Все крыльцо наше кровью залито!

Валентин вспомнил, что видел утром алые и багровые пятна на припорошенных снегом ступеньках, и ему тоже стало любопытно.

– Что это, что это, Галина? Расскажи! – раздались со всех сторон нетерпеливые женские возгласы.

– Так и быть, слушайте. Вчера Зоя Будонова, то бишь Змея Особой Ядовитости из «Интерьера», в честь отпуска проставилась.

Состоялась, как обычно в «Интерьере», попойка, Мотков с Данилиным передрались и разбили стекло на первом этаже! Мотков сегодня не пришел, говорят, рука у него сломана. А Кантеев ихний вчера убежал от греха подальше, а сегодня смотрю, ой-ой-ой, в белом свитере, что ты прям, как будто он не при чем…

Послышался хохот и возмущенные возгласы:

– Да в этот «Интерьер» вообще не зайдешь, перегаром на весь коридор оттуда всегда несет!

– Да от этой Зойки одни убытки! Вот Зоинька!

Валентин обрадовался, что язвительные бабы переключили внимание на что-то другое.

Но вдруг…

– Да, вот так, моя любимая бюстгальтерия. Слушайте, девчонки, какое колье мне заказать, это или это? Валентин, будь экспертом! Наш орел Валя! – обратилась вдруг «генсек» к юноше, который старался быть как можно незаметнее.

– Вот это вот мне нравится, – не своим голосом произнес Валентин.

– Ну, раз ты одобряешь, я это беру! А какие духи мне выбрать эйвонские, эти или эти? Нет, ты не подходи близко, а вдруг набросишься!

– Эти вот лу-лучше, – заикаясь, проговорил до смерти запуганный Валентин.

– Я тоже так думаю!

Потом Пьянова подсела к своей лучшей подруге Ире, женщины начали перешептываться, шипя, как две змеи.

На свою беду, Валентин обладал острым слухом.

Юноша не верил своим ушам. Верней, не хотел верить.

Как бы ему хотелось, чтоб это оказались лишь слуховые галлюцинации!

– Ш-ш-ш… Недоносок… Псих… Зачем его здесь держат… А вдруг он еще и маньяк… Ублюдок… Ничего, ты подожди, скоро его вытурят отсюда, этого барана дефективного.

Потом Ирина, улыбнувшись так сладостно, будто ей только что преподнесли бриллианты, сказала:

– Вот я схожу к Якову Иосифовичу, и мы этому убогому скоро скажем «Гуд бай май лав!» И мы ему помашем ручкой! Кирдык ему! Ха-ха-ха! Гы-ы!

Что они задумали, с ужасом подумал Валентин! Он был уверен в Якове Иосифовиче, что тот хорошо знает и не предаст его, но тревожные предчувствия закрались в сердце.