Орёл в курятнике

Но всё же решила расставить точки над «i» – написала Виталику, а в письме намекнула на тот давний разговор, мол, не пропало ли у него ещё желание с Наташей работать? А Виталик в ответ – был бы только рад. И выслал справку о художественных училищах Москвы.

За дочь всё решил папа. Побоялся Ефим Родионович отпускать юную девицу в большой город. Пусть окончит профессионально-техническое училище в Бухте Анна под родительским надзором, а там видно будет. В Бухте Анна жили старшие братья Сечкины, да и до Порт-Стрелка было всего сорок минут езды.

– Чего я буду время тратить на всякую ерунду? – возмутилась Наташа.

– Ничего себе ерунда! – опешил отец. – Ты чего это такое несёшь? Кто его знает, как у тебя жизнь сложится, а нормальная профессия никогда помехой не будет.

– А художник, по-твоему, не нормальная профессия? – округлила глазища дочь.

– Никакая, – поморщился Ефим Родионович. – Я такой профессии знать не знаю. Наткнёшься где в журнале на ихнию мазню, так рука сама к дрыну тянется, чтобы мозги тому художнику на место вправить!

– Творец имеет право на самовыражение, – парировала Наташа, нахватавшаяся от начитанного Виталика.

– Главное самовыражение человека – его семья. Чтобы на смертном одре вокруг тебя не было пусто! А от такого самовыраженца только пустота и останется, и не будет ему никакой пользы от его мазни. И завоешь от безысходности, а уже всё – приплыли! Ничего взад не воротишь.

Убийственный аргумент.

Нет, Наташа конечно Виталику в очередном к нему послании все доводы привела – и свои, и отцовские.

А Виталик в ответ: «Вам виднее». В этой фразе Наташа обнаружила полное безразличие к себе и обиделась. Они продолжали переписку, но делали это всё реже. Верка, почувствовав перемену в настроении подруги, принялась за старое:

– Мишка по тебе сохнет…

– Не усохнет…

– Вовка – вот тоже глаз на тебя положил. Что ты как ненормальная?

– Вот, сначала, стану художницей, – объясняла Наташа подруге, пытавшейся вовлечь её в амурные игрища, – полюбит меня кто, предложит выйти за него замуж, я ему условие и поставлю, мол, взял меня художницей, так и жить будешь с художницей, а не с домохозяйкой.

А будет артачиться, так я ему гарбуза в руки и от ворот поворот!

Ну, так всё, трёп девчачий. А учиться, как и хотел отец, Наташа пошла в ПТУ, на продавца. Образование было полуторагодичным: полгода учёбы и год практики. Ефим Родионович знал, что делал. Природа стала брать своё, Наташа начала всерьёз задумываться о замужестве в принципе.