Сквозь призму права. Судебные очерки, статьи, эссе

А каково ребенку? Хватит ли сил у девочки забыть всю грязь, с которой она столкнулась уже в свои шесть лет? Не знаю, не знаю…

Портрет убийцы в интерьере

Еще каких-то пятнадцать лет назад отбор на руководящие должности (пусть и низового звена) в государственном предприятии, каковым по сию пору является Свердловское отделение железной дороги, проводился довольно-таки щепетильно. И образование требовалось, и навыки практической работы, и умение ладить с людьми (то есть, коммуникабельность), и моральный облик должен был быть на уровне советских стандартов, и национальность имела значение, и, конечно, партийная принадлежность.

Без всего этого и еще многого другого, составляющего анкету, никак невозможно было и шагу ступить. И все это при том, что оклад того же, допустим, мастера дистанции пути был смехотворен – 150 рэ, что в два раза ниже, чем у помощника машиниста электровоза, вчерашнего пэтэушника.

Так было. А сегодня? Наверное, многое изменилось, думал я, поскольку сейчас железнодорожники-монополисты живут вольготно, и у них самый рядовой монтер пути, забивающий в день по полтора костыля, зарабатывает не в пример иным и прочим, так сказать.

А уж в смысле заработка мастера дистанции пути, то ему завидуют профессора.

Расчет мой был прост: отталкивался от известного марксистского постулата, что бытие, то есть зарплата, – определяет, сознание. Следовательно, поиск кандидатов на руководящую должность ныне организован еще щепетильнее, требования к ним еще выше.

Прием же – исключительно на конкурсной основе.

Всяк, кто непосредственно не связан с кухней железнодорожной братии, так и подумает. Автор этих строк тоже так думал. До совсем недавних пор. Ах, какая же была для меня трагедия, когда миф о чудо-мастере вмиг рассеялся. Почему? Да всё потому!..

Как-то раз в отдел кадров Баженовской дистанции пути (контора находится на одноименной станции в каких-то нескольких десятках километров южнее Екатеринбурга) заявился красавец-мужчина тридцати шести лет от роду.

Мужчина, как бы сказал Карлсон, в самом расцвете сил. Он предложил свои услуги, отрекомендовавшись крупным специалистом в области железнодорожного транспорта.

Правда, оговорился, что он не теоретик, а практик, что академиев кончать не довелось, так как «все детские и юношеские годы пришлось вкалывать, зарабатывая на хлеб насущный».