Ритмы точки ноль. Сборник стихотворений

Взят! И властью опозорен,

Над страницею распят,

И – ату его, виновен!

Электрический разряд!

Нет, не вздрогнуло светило,

Не разверзлись небеса,

Юзом шли, не тормозили

Колесницы-колеса.

Страданиям певца нет окорота,

Они поэта явят во плоти,

Мятежная судьба, оскал решёток —

Вершины, что избранник муз достиг.

Но будто невзначай, над колыбелью,

Где спит дитя без имени, на свет

Сафо явится ворожить, и сенью

Возложит на чело поэтовый обет!

И быть может, озареньем,

Наш последний, но Поэт,

У истоков вдохновенья

Перешлёт к тебе привет.

Музу добрую восславит

За её бесценный дар,

И векам лихим на зависть

Запоёт сквозь гром литавр!

Странствия души

Когда душа перешагнёт за край

прекрасно мнимых очертаний мира,

поэзия, терпи, не умирай;

не лги навзрыд, покинутая лира.

Душа вернётся исповедью сна,

улыбкой тайною иных созвездий,

по-прежнему загадочно честна,

по-новому слагая «буки-веди»…

О, странствия незримые в ночи…

Мелькнет сомненьем тень у изголовья,

легки крыла и празднично горчит

иных времён привку'сье и присловье…

Там, где заканчивается зима

Пусть уныло и снежно

межсезонья лицо,

расцветает подснежник

вдоль дорог, у лесов.

Расхититель пространства,

убежденный клошар[1 - бродяга],

но скорей из вагантов[2 - бродячие поэты, студенты] —

разудалый школяр!

Он случайно свободен

и глядит удальцом,

вопреки непогоде

нараспах пальтецо.

Откровенно лилеен

сын земных тайников,

жил он в мире келейном,

а теперь – был таков!

В снежно-белом причастьи

к солнцу рвётся росток,

будто вызов ненастью,

зимней стуже – зарок.

И молочным покровом

сквозь ветра, сквозь метель

ледяные оковы

сокрушает ноэль![3 - сказка – фр. яз]

*ноэль – сказка

Ритмы точки ноль

На краю мира не идёт время,

не звенит лира, не растёт семя,

там ветра рыщут, да метель стелет,

синева скрыто в темноте спеет…

Заметалась Тень – зародился День!

Он еще слабый, он ещё серый,

вопреки ночи, подрастёт верой,

он лучи солнца теребит жадно,

поднабрав силы, восхитит ладный.

Оробела Тень: на приволье День!

На дыбы встанет, как нанук[4 - белый медведь, хозяин Севере – яз. эскимосов] грозен,

сотворит айсберг шатуном, грёзой,

глыбу он в море, словно щепь, кинет,

с ней играть будет в ледяной стыни.

Веселее День, да чернее Тень.