Жернова

– Вы думаете, мы на вас приехали посмотреть? – усмехнувшись, ответил капитан. – Всё у нас есть.

Алексей медленно направился к складу, не зная, как себя вести, что говорить. А тяжёлое, вялое тело, стало ещё тяжелее и сонливее. Офицеры милиции пересчитали ящики и коробки с коньяком, водкой, консервами… Капитан в удивлении сказал:

– Склад маленький, а добра много.

– Быстро говорите: кто привозил, когда, фамилии! – требовательно произнёс майор.

– Никто не привозил, сам купил, – робко ответил Алексей.

– Ладно, выясним, – сказал майор. – Пройдёмте в вагончик.

Алексей, словно полусонный, поплёлся назад, в вагончик. Садясь за стол, на короткий миг остановил взгляд на сейфе. И этого было достаточно, чтобы вызвать подозрение у бдительных стражей порядка.

– Откройте сейф! – приказал майор.

«Значит, всё знают, – отрешённо подумал Алексей. – Но кто, кто донёс? Танюха не могла, про все мои делишки только прораб догадывался. А один раз, кажется, видел деньги, когда я открыл при нём сейф.

Офицеры ахнули, когда увидели перетянутые резинками купюры самого разного достоинства.

Через некоторое время Макашин выходил из вагончика сам не свой: лицо багровое, крупные капли пота казались такого же цвета, как будто пропитались кровушкой; волосы на голове вместо кренделюшек смотрелись неким чёрным капустным листом, вымоченном в солёном поте. Подходя к милицейскому «УАЗику», Алексей краем глаза увидел соскочившего с подъехавшей «Татры» прораба.

– Николаич, ты скоро вернёшься? – спросил тот. – Надо один вопросик согласовать.

Начальник исподлобья посмотрел на прораба, и вяло буркнул:

– Не знаю.

Это случилось в четырнадцать часов пятьдесят минут 26 сентября 1995 года. В русском народном календаре на этот день значился Святой Корнилий. И примета: Корнилий святой – из земли корневище долой.

В милиции майор предупредил Макашина, что чистосердечное признание смягчит его вину.

– Тем более мы следили за вами последнее время, – взял он на «пушку» подозреваемого. – Поэтому в ваших же интересах говорить чистую правду. А если что-то скроете, только себе хуже сделаете. Были судимы?

– Нет, – тихо ответил Алексей.

– Это хорошо, – кивнул майор. – Давайте так сделаем. Я вас сейчас оставлю одного, дам бумагу, ручку. А вы, не торопясь, со всеми подробностями, запишите свои объяснения.