Завтра будет вчера. Лирические стихотворения

Горек угарный дым,

Родину не продадим —

так меж собой говорим

между четвёртой и пятой…

Пахнет дерьмом и мятой

весна…

«То, что таишь от других, то и снится тебе…»

То, что таишь от других, то и снится тебе,

снится вода – значит к счастливой судьбе;

снится петух – значит певцом тебе быть

с голосом очень высоким; снятся гробы —

быть тебе мастером, делать красивые вещи.

Снится дорога – шляться по ней бесконечно.

«Закручивай сюжет…»

Закручивай сюжет,

раскручивай рассказ,

твоя свеча уже

не отогреет глаз,

не даст на стены тень

и свет на потолок.

от неба шерсти клок…

«Мне вилка в бок, ребро в печёнку …»

Мне вилка в бок, ребро в печёнку —

весна, мутит от передвижек,

на площади играет Моцарт,

в подвале пьёт вино Сальери.

Через дорогу славят бога

колокола, скрежещет птаха,

бьют яйца, заедают пасхой…

Но я предпочитаю Баха.

«Просунь глаза в весеннее окно…»

Просунь глаза в весеннее окно,

там крутят чёрно-белое кино,

механик пьян, корабль идёт на дно,

а с ним причал и город заодно…

Стоящему ж у храма всё равно,

ему от мира божьего дано —

и горький хлеб, и сладкое вино.

«Дождь замазал все окна…»

Дождь замазал все окна,

может, вечер уже, может, ночь,

та стена, что на север, промокла,

не звонит с понедельника дочь.

Я ковёр ковыряю в зале,

ты на кухне по делу торчишь.

Мы давно все слова сказали

и теперь, как шпроты, молчим.

Мы теперь старик и старуха

у корыта… Дни наши тихи…

Мы не верим ни смерти, ни слухам

и от скуки читаем стихи.

«Вот и вечер кроваво-розный…»

Вот и вечер кроваво-розный,

не оставил ни дыма, ни света.

Храм разрушен. Камни разбросаны

По участку соседа.

Всё по осени посчитали,

взвесили, сказали итоги.…

В вашем небе жабы летают,

в нашем хлеве живут носороги.

«С утра понос, в обед донос, на ужин – диарея…»

…И смертные не могут пасть столь низко.

Геннадий Кононов

С утра понос, в обед донос, на ужин – диарея,

кровит ноздря, под глазом кто-то сдох.

На пересылках долго не болеют

и каждый – бог!

Под баком с нечистью с печальным псом он знался,

делились манной, выли за святых,

и плакал, когда били, улыбался,

когда смеялись: «Бард и божий псих…»

Он бог един, другие боги смертны,

но, к сожаленью, неба день истёк.