Завтра будет вчера. Лирические стихотворения

Завтра будет вчера. Лирические стихотворения

Анатолий Жариков

Иногда это вопросы риторические, словно ребёнок смотрит мир прозрачными, светлыми глазами: Божий день. Оса в конверте. Кто живёт на этом свете? Чаще – это нелёгкие, болезненные вопросы: А если там, в аду или раю, ещё раз умереть, куда я попаду? Лирический герой не приходит к определённым выводам: Не торопись, возьми и взвесь на каменной реснице Будды и жизнь, как будто она есть, и смерть, как будто она будет. Поиски продолжаются. А значит, продолжаемся и мы.

Завтра будет вчера

Лирические стихотворения

Анатолий Жариков

© Анатолий Жариков, 2017

ISBN 978-5-4483-4883-9

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Не-Мой ДЕНЬ

Этот абсурдный и безбожный мир населён

утратившими надежду и ясно мыслящими

людьми.

    Альбер Камю

«Плохою не бывает, дрянь – погода…»

Плохою не бывает, дрянь – погода

и мокрый снег на чашечках весов.

Уже написано сочувствие народу

тяжёлыми ударами часов.

Что делать в январе? Оставить кожу

с зарубкой года и отплюнуть яд.

Все ёлки тайной памятью похожи,

когда на крестовинах стоя спят.

Уроки русского

Я не проснусь от слов на франсе или инглише,

не гнусавь, дорогая, и не томи,

я не пойму откровенное гоу ту ми,

разорви мои вены спокойным «сунься поближе…»

«И что возвышало, хранило, влекло, растаяло в дым…»

И что возвышало, хранило, влекло, растаяло в дым…

И вот не мужчина уже, а почти херувим,

лежит подле Вас, махрою и водкой храним.

Утро туманное

Здесь плотный дух, здесь запах лука,

котлет и винного завода,

три куба воздуха для слуха,

один квадрат для небосвода.

И полчаса лучи от солнца

играют с утварью убогой,

за стенками стучит, и льётся,

и плачет драма диалогов.

Пора, будильник зубоскалит,

принять свой шкалик кислорода.

Хрипят простуженные дали.

Слова и музыка народные.

Если проснусь

Свет созревает, как нарыв,

на сером теле неба.

Я спал, я для себя открыл,

что я полночи не был

на светлой стороне земли,

где люди, горы, корабли,

семья, друзья, работа…

Глаза открыл мне кто-то,

и я увидел, как я стар,

мой собеседник – жалкий страх,

стакан – мой собутыльник.

И свет не держится на мне,

он тенью дрыхнет в стороне,

как мёртвый свет латыни.

Филип Ларкин.