Тропинка в дивный сад

Часть III

О гиблых снах, о

сумрачной

теснине прошедших вдоль

еще не отворенных

кровавых кладовых

лепнины старой;

еще?

навесы вечных

истин

ЛАГ’а,

пылающая

лестница Зари;

еще? – ах, в городе твоем —

не я ли?

9

Но что мне в том, простишь ты или нет

осенним дням туманное горенье,

и музыки тревожное паренье,

и памяти неистовый балет?

Вот в вихре улиц мчит кабриолет —

наперерез ветрам и треволненьям

и осенен невидимым знаменьем

игрок, чей козырь – пиковый валет!

О, пиковая масть! О, вороная

четверка! Осень – без конца и края!

червонным золотом обрызган пируэт

дождя на площади, и под туманной сенью

кружится в торжестве освобожденья

Огонь Летящий Через Бездны Лет!

10

Огонь, летящий через бездны лет

на эти опустевшие поляны,

окутанные маревом туманным,

тебе – мое родство и мой привет!

Не мной столь вдохновенно был воспет

ваш нежный лик, сомнительный и странный,

ваш томный стан, пришелец чужестранный —

иных времен романтик и поэт!

Но облик тот хранит хмельная Осень

в златых кудрях берез, с очами в просинь

и в тонких, гибких линиях ветвей;

как вдруг, не помышляя о преграде,

луч Солнца вспыхнул! – прямо у корней,

сжигающий и листья, и тетради.

11

Сжигающий и листья, и тетради —

повремени сводить концы на нет,

перелистни страницы дальних лет,

мелькающих, как лица на параде.

Еще и запах вихрем не украден,

еще звучит под Солнцем Неба цвет,

еще струится первозданный свет

поэзии в неконченной балладе.

О живопись и звукопись времен,

истекших кровью боевых знамен

ловлю твои звучанья и значенья;

Бушует ветер на пустом юру,

и охраняя Памяти свеченья,

я разложу костер мой на ветру.

Часть IV

Не я ли твой предел…

еще?

речений

венчально

неотъемлемой

отчизны,

истекшей страхом

на излете мысли;

ах,

лунным светом

естества

глагола

касаясь сущности;

еще?

12

Я разложу костер мой на ветру

и тихо поведу с Огнем беседу,

и мысленно, по огненному следу,

восстановлю недетскую Игру:

Гори-гори, Огонь, мой ясный друг!

язык твой вещий уподоблю бреду —

высокому, как Сполох, как… ПОБЕДА! —

на миг все прояснившая вокруг.