Диалоги снаружи и внутри

Что, запугал? Не думайте, их немного

Ну и они, как правило, нелюдимы,

Если однажды вас с ними сведет дорога,

Не привлекая вниманья, пройдите мимо!

Или рискните и, перейдя к обману,

С ними ведите речь про любовь и бренность,

Может быть, это послужит тогда роману,

Песне, а может, фильму про современность.

Смешной музыкант

Смешной музыкант на маленькой сцене

Дергает скрипку за нежные части.

В горячим экстазе, упав на колени,

И звуки, рожденные органом страсти,

Влетают в немые слои подворотен,

И взломанных пылью ушных полуарок,

И сходят цвета со старинных полотен

На занятых милой зевотой кухарок,

Свой день начинающих возле конины

Отборного сорта и даже довольных

Своим превосходством над плотью скотины,

Не зная мелодий, кроме застольных.

Но звуки запнулись вагоно-трамвайно

Извытые, как в лихорадке озноба

И слесарь, возникший на сцене случайно

Клянется кухарке в любови до гроба.

Смешной музыкант безликий и хрупкий

Как будто очнувшись в центре арены,

Неловко шагал и вытягивал руки

Вперед, чтоб ощупать отвесные стены.

Ты

Ты облачилась в черное и стоишь,

Словно сам секс в человеческой упаковке.

Там, где кругом только мертвые скаты крыш,

Ты куст жасмина, раскинувшего головки.

Как я могу отдалиться? Пространство – жжет!

Ты мне нужна, как Фаусту Мефистофель.

Ты тем прекрасней, чем утонченней лжет

Твой искушенный рот и арийский профиль.

Я унижаюсь, дикая Бовари,

Ты шевелишь губами и все по новой…

Нет! умоляю, только не говори!

Все уже сказано… Бродским и Полозковой.

Полнолуние

Шок от удара ладонью по голове рождает музыку губ,

Эхо шагов вторит крику, обрушенному на асфальт,

Оглохший и липкий от снега, где низкие ноты труб

Рассыпаны в петлях следов, троих разбегающихся. И альт

Пытается поддержать рассеянный, еле слышный ритм,

Но немота превращается в жилах города в снегопад,

Над небом, венчающим верх колодца и алгоритм

Музыки бездыханности жителей, волокущихся наугад,

В поисках подворотен, чтобы уткнуться белками глаз

В отражение ужаса, направляющих взгляды вскользь,

Но охрипшие репродукторы вдруг разносят

лохмотья фраз,

Серые, с лицами первых встречных,

продолжают идти врозь.

Вечерняя виолончель

Ольга Челюканова. г. Москва

Родилась в Приморье.

Окончила Литинститут имени А. М. Горького.

Член СП России.

Живет в Москве.