Кукла, висящая вниз головой. Новеллы

Если сам Ирод, правитель иудейский, не знает о рождении Царя, это значит лишь, что Царь вовсе не связан с ним родственными узами, как мы вначале думали. Царь, рождённый при живом царе, вероятно, является Царём в более высоком смысле, чем обычный человек, наделённый властью. Возможно, родился не просто царь… родился Бог!

Рыжебородый старец повёл плечами, как если бы ему вдруг стало зябко.

Вспомни глаза Ирода, когда мы пришли к нему и заявили, что хотим взглянуть на Младенца! Он подумал, что мы смеёмся над ним.

Сначала… А потом он покрылся зелёной бледностью и велел нам убираться вон. Ты заметил, как затряслись его руки? Этот человек душевно нездоров. Бедная страна, вынужденная жить под властью такого повелителя.

Чтобы не нашли мы в Уифлиме, обратно придётся идти другим путём, – нарушил молчание третий из странников, до сих пор молчавший, – Я не хочу больше видеть этот город с его царём.

А как он уговаривал нас вернуться! – насмешливо протянул седобородый, – Сперва велел страже чуть не копьями выгнать нас из дворца, а потом его вдруг заинтересовала новость о рождении Младенца, и он сам захотел поклониться Ему! Он даже не умеет врать, этот правитель.

Голос его сочился мёдом, а в глазах горела злоба. Он, очевидно, принимает нас за дураков, если думает, что мы поверим его наглым обещаниям смиренно передать венец новому Царю.

В Ерузалем мы не вернёмся, это понятно, – согласился высокий старик, – Но что, если и в Уифлиме мы не сможем найти Царя? Вдруг о Его рождении ещё ничего не известно? Как мы узнаем его среди других младенцев?

Звёзды подскажут, – пожал плечами его собеседник, – та звезда, что зажглась несколько месяцев назад, предвещая рождение Царя, была самой крупной из всех, что мы когда либо видели.

Когда-нибудь она покажется вновь и приведёт нас к Царю…

Разговоры наскучили волку. Обычно он с удовольствием слушал невнятную человеческую речь, напоминающую ему журчание ручья, но это занятие хорошо только на сытый желудок. Волк не понимал, о чём говорили люди, но по тому, как они говорили, он мог легко догадаться, знают люди о его присутствии или нет.

Эти люди о его присутствии ничего не знали.

Сонные верблюды жевали не переставая, равномерно двигая челюстями. Верблюдов всего было пять, два самых крупных животных чуть заметно сгибались под тяжестью навьюченных на них тюков. Волк знал, что верблюды равнодушны к волкам столь же, сколь волки равнодушны к верблюдами. Эти звери никогда не враждовали друг с другом.