Заинька, или Мужчины не плачут

Но зато Дракона ты

Отобьёшь навеки,

Хоть завянешь, как цветы,

Хлестанут что стеки!

То душе страшней, чем яд:

Вечное мученье,

На тебя презренный взгляд,

Всем ты – отвращенье…»

И ей зелье подаёт.

Дева то рукою

Вмиг берёт и пьёт, как мёд,

Хочет уж покоя.

И краса завяла вмиг,

Стала враз старухой,

Горб к спине тяжёл приник…

И Дракон уж мухой

Нет, не кружится над ней,

Как над угощеньем…

Нет и глаз его огней.

Дева превращеньем

Замела свой жизни след,

Он для зла потерян —

Ищет уйму долгих лет,

Всё ж безумству верен,

Да не может всё найти,

Хоть пролётом рядом…

Скрылись к Деве так пути.

Так и надо гадам!»

Скульптор грустно тут умолк,

Опечаля очи…

– Не войду, старик, я в толк:

Речь странна и очень.

Хочешь этим ты сказать,

Дева – та старуха,

Что минутами я пять

Ране встретил? Ухо

Слышать это не берёт,

Не приемлет разум…

Аль от Девы отворот

Ты даёшь мне сразу?

– Это правда вся без лжи.

Любишь коль, узнаешь.

А узнаешь, покажи

Преданности залежь.

Любишь коль, не отвернись

И прими страданье,

Не катися в чувствах вниз,

Взвей любви пыланье!

В жизни ценится краса,

Но душа не мене,

Та спадёт, как и роса,

Эта – клад, именье…

Этой речью я убит…

Трудно как поверить!

Стал растерянным мой вид:

Дева – страх теперь ведь…

Может, это страшный сон,

Дикая издёвка,

Здесь – язвительный фасон,

Обмануть чтоб ловко?

Машинально я пошёл,

Мрачен, вспять, обратно,

Где старуху хорошо

Видел.

Я замедлил шаг, иду,

Тих и ошарашен,

Весь в безумнейшем бреду:

Встречи миг так страшен!

Сердце бьётся, птица как,

Вдруг зажата в клетке…

Нет, не красный вижу мак —

Красоты объедки…

Встал безмолвно, чуть дыша,

Что сказать, не знаю…

В горе смертном вся душа

И безумства с краю…

Вон отнялся мой язык,

Ум и мысль в разрухе…

И тут впал невольно в крик!

И припал к старухе,

Разревелся вмиг навзрыд,

Затряслися плечи…

Странный мы являли вид.