Две Родины

И тебе не призовые места и баллы надо зарабатывать, а известность.

Глава 2. Рожденный в снегах

Пленник внезапно оттолкнулся от Камня искупления и упал рядом с Наставником, который лежал на спине с закрытыми глазами, сжимая нож. Повернувшись на бок, пленник зубами выдернул нож из рук Наставника и, двигая головой, разрезал ремни на своих руках. Потом освободил ноги, вскочил и, наклонив голову, с разбега вклинился между учениками и монахами. Разбросав их по сторонам, он выбежал из пещеры.

Все произошло в течение пяти вдохов.

Посвященные наклонились над Наставником, лежащим лицом вверх. Постигнувший Великое откровение сладко причмокнул и захрапел. Храпеть могли уставшие охотники, но это не пристало делать Наставнику. Ученики, монахи и Посвященные в смущении опустили глаза.

– Догоните рожденного в снегах и убейте его! – крикнул монахам Посвященный Ва, левая половина лица которого было изуродована шрамами.

– Но нож не коснулся его тела, и его руки не коснулись ножа, он держал его зубами, – возразил один из монахов. – Он освободился бескровно, и он свободен.

– Он усыпил Наставника языческим заклинанием. Его слова осквернили слух и умы Избранных. Он должен искупить вину, омыв Камень своей кровью. Догнать и принести рожденного в снегах к Камню искупления!

Монах Ю пустил по следу Рожденного в снегах стаю черных остроносых собак. Пятеро монахов выпили по глотку напитка хра, укрепляющего дух и тело, взяли луки со стрелами, наконечники которых были смочены соком травы ум, боевые ножи, и пошли в горы вслед за собаками.

Юркие собаки, выглядевшие черными точками на белом снегу, карабкались вверх по склону Зеленой горы, взвизгивая от нетерпения. Они чуяли беглеца.

Чей-то голос, отдающийся эхом в горах, отвлек внимание монахов. Они оглянулись. На уступе горы стоял монах Саж – телохранитель Постигнувшего Великое Откровение.

Его полуголое тело исходило паром. Выкрикнув три слова самообвинения, он прыгнул с уступа, развернулся в воздухе и воткнулся головой в камни. Так он искупил свою вину перед Наставником, избежав более мучительной смерти.

Монахи шли дальше.

Токио

– Получается, Паша, что нас обоих не взяли в сборную города. Из-за меня не взяли.

– Из-за тебя?!

– Да, из-за меня.