Иван и Камински. Повесть

Ты не один! – сказала Лена и подошла к Терезе.

– Анна-Лена, ты чудесно выглядишь! – Тереза протянула руки для объятия.

– Меня так, кроме тебя, уже никто не называет. Но мне это очень нравится. Как же мы рады тебя видеть! – Анна-Лена крепко прижала к себе пухлое тело Терезы.

Последним в очереди за мягкими объятиями стоял Иван. Он улыбался. Глаза Терезы уже начинали поблескивать. Не дожидаясь, когда из них прольются слезы, Иван подошел к ней и обхватил ее своими длинными руками. И хотя он был намного выше Терезы, во время их объятий его голова всегда оказывалась на ее плече.

Они держались друг за друга, как если бы каждый из них ухватился за спасательный круг во время кораблекрушения. Ничто не могло их разлучить в эти минуты.

* * *

Дети на заднем сиденье еще не успели пристегнуть ремни, как Тереза тронулась и одновременно начала рассказывать о выставке Сальвадора Дали в местном музее.

– Вам обязательно туда надо сходить! Я даже с вами, пожалуй, еще раз схожу.

– Конечно сходим, – согласился Иван.

 – У нас впереди считай три дня свободного времени. А о чем конкретно выставка?

– Значит так, она называется «Сальвадор Дали – иллюстратор». Во-первых, там представлена невероятная подборка его рисунков к книгам и статьям. Во-вторых, и надо сказать, что Герхарду именно эта часть больше понравилась, там подробно разбирается техника создания его цветных литографий.

– Хм-м, интересно. Думаю, мы с Лили сходим, – заключил Иван.

– Что значит «с Лили»? А мы? – подала голос Анна-Лена.

– Ну, если хотите, то все вместе пойдем. Я думал просто, ты не очень искусство любишь, – ответил Иван и обернулся к жене.

– Опять начинается. Давай я сама решать буду, что я люблю, а что нет, – высказала вдруг Лена.

– Ребятки, ну что вы начинаете ссориться, еще до дома не доехав, – попыталась успокоить их Тереза. – Анна-Лена, что он от тебя хочет?

– Да нет, ничего. Дорога меня просто вымотала.

– Ты же первым классом ехала, – заметил Иван, слегка покачав головой.

– Хоть президентским! Все равно шесть часов в поезде для меня много.

– Так-так, все, мне тут ругань на праздниках не нужна. Что бы у вас там ни происходило, сами решите. Правда, Костик? – сказал Тереза, подмигнув мальчику в зеркало заднего вида.

– Просто мама сиськи себе хочет больше сделать, а папа против, – ни с того ни с сего решил объяснить Костя.

Включенный поворотник истошно запищал. Тереза свернула на узкую тупиковую улицу, которая упиралась в пешеходную зону.