Жизнь как история. Сборник эссе, рассказов, постов

Но, что касается Ильича, то он вывешивался в этой группе в виде кудрявого, белокурого мальчика – знаменитый потрет с октябрятского значка. Наверное, этим подчеркивалось чувство общности – мол, он тоже был таким, как и ты сейчас, «…он тоже бегал в валенках по горке ледяной». Перед портретом было положено ставить столик и складывать на него книги. И о чем бы ни были эти книги, поднимая глаза ребенок должен был видеть образ послушания, прилежания и целеустремленности.

День рождения Ленина праздновался во всех группах, помпезно и торжественно.

На рубашки и платьица пришивались алые ленточки, они же прикалывались булавкой к лацканам нарисованного вождя.

Запах тополиный и сиреневый

Над Москвою майскою поплыл,

Встретились весною дети с Лениным,

Ленин с ними долго говорил.

Надо чтоб росли вы коммунистами —И тогда нам грозы нипочем!

Улыбалось солнышко лучистое

Радуясь беседе с Ильичом…

Я уже давно не педагог. Общественное дошкольное воспитание, придуманное бездетной подругой и соратницей вождя, ушло из моей жизни, оставив в памяти лишь такие эпизоды.

А сейчас меня интересуют больше вопросы психопатологии, как фактора социальной привлекательности. И еще – последствия той идеологической помойки, в которой мы все выросли. Наверное, отчасти из-за этого я и стала психологом – чтобы замолить грехи прошлого.

Львиная доля

Верю ли я звездам? Скорее – принимаю к сведению. Уж не знаю, повинен ли «львиный» август – месяц моего рождения, или дед – лихой кубанский казак передал свои гены, или участь старшей сестры сделала меня лидером – да, и какая разница? В детстве водила сверстников «на дело»: собирать металлолом для Родины, побеги сосны – для аптеки, копать в лесу патроны для музея… Аптека сосну не взяла – мы её не правильно высушили, металлолом мужики, матерясь, оттащили обратно на свалку, патроны тоже оказались не нужны ни одному музею.

Но никто из моей команды этого не замечал, и новое предложение воспринималось с тем же энтузиазмом, как и предыдущее. Или – мой энтузиазм передавался им? Потом я научилась доводить дело до результата и отказываться от заведомо бесперспективного.

В 24 года мне торжественно предложили руководство детским садом: 12 групп, 40 человек в подчинении, очередь из благодарных родителей, сосиски с пищеблока и журнал «Бурда моден» от профкома. Отказалась. Как? Почему? От такого не отказываются! Не-хо-чу. Представила себе картинку своего возможного будущего и поняла, что она меня не вдохновляет.