Ночная пуля. Остросюжетные повести и рассказы

Живем, Епиша, живем!

«Манюша начинает терять голову…» – обеспокоенно подумал Епиход, искоса посматривая на друга.

Ворота раздвинулись, и машина вырвалась на оперативный простор.

Домишко Глобовых нашли не без труда. Он стоял на самом отшибе. Дверь была не заперта. Хозяин сидел спиной к дверям за столом, на котором стояла сильно опустошенная бутылка водки.

– По объявлению? – не поворачиваясь, спросил Глобов.

У Епихода брови поползли вверх, а углы губ вниз, и лицо приняло страдальчески недоуменное выражение.

Он покрутил вопросительно пальцем у виска. Манюськин неопределенно покачал головой и приложил палец к губам.

– Пять штук, – не дожидаясь ответа, продолжил Глобов.

– Баксов? – прикрыв рот рукой, глухо поинтересовался Манюськин,

– Ну не деревянных же… Уступать не могу. Поставили на «бабки»! Могут включить счетчик!

– Дороговато за такое, – стал торговаться Манюськин.

– Так вы ж не смотрели! – Наконец рассерженно повернулся Глебов и, увидев друзей, без энтузиазма добавил: – А… Это вы, ребята.

Что, на рыбалку собрались? Рыбу глушить?

– Можно сказать, что и так, – вступил в разговор Епиход. – Шеф приказал с твоими засранцами разобраться.

– Они не засранцы, – мрачно объявил Глебов. – Они, они… суки они опасные, вот кто они!

– Вот это дело! – подбодрил его Манюськин. – А то ты совсем раскис. Марианка-то где?

– В зале… Надоела… Вот продам дом и разведусь. Все к черту продам! И снова в уши! Как ты. Никакой частной собственности. Полная свобода!

Из соседней комнаты послышался леденящий душу вой.

– Кто это? – испуганно поинтересовался Епиход.

– Кто, кто?.. Она…

– Не может быть! – не поверил Епиход и прошел на цыпочках в соседнюю комнату, вернулся.

– Ну? – поинтересовался Манюськин.

– Она, – кивнул несколько раз утвердительно головой Епиход.

– Садитесь, корешки, махнем по маленькой! – предложил Глобов.

У стены стоял ряд пустых бутылок.

– Нет, старичок! Перед делом нельзя. Потом – другой разговор. И тебе хватит.

А то ты нам не помощник. Сейчас пойдешь, позвонишь и назначишь встречу, скажешь, что всю сумму не наскреб, а только половину. Будешь ныть, что остальное позже отдашь. Они скажут, что если позже, то будет уже шесть штук. Тогда немного помнешься и согласишься отдать все.

Епиход с почтением посмотрел на друга.

– Я никуда не пойду! И ваньку валять не буду! Мне еще жить хочется! Вы их просто не видели, поэтому и несете… всякое! – стал горячиться Глобов.