Правило Троянского коня

Первая группа была готова и мы нырнули.

Как и ожидалось, все прошло без происшествий, мы проплыли до пещеры, немного побродили по дну и отправились обратно. Вторую группу уже заботливо собрал Титос, он желал как можно быстрее закончить рабочий день. Я поблагодарила мужчину за помощь и нырнула уже со второй группой. Мы повторили путь до пещеры, время от времени я фотографировала ребят под водой. Против ожиданий, проблемный парень особо не косячил и всего два раза всплыл еще в самом начале.

Потом приноровился, да и приглядывала за ним его девушка, она оказалась умницей, все схватывала быстро. Каждый раз я благодарила ее жестом.

Но стоило мне расслабиться, как другой парень уплыл на поверхность.

Разумеется, я поднялась за ним:

– Надуй жилет!

Он испуганно повиновался, я быстро привязала ему еще порцию утяжелителей.

– Теперь сдувай!

Парень повиновался и стал потихоньку опускаться на дно. И я почти успела последовать за ним, но внимание мое привлекла небольшая яхта – она медленно подплывала к нашему катеру.

«Посейдон» – прочитала я на борту и улыбнулась чужой оригинальности. Интересно, кого сюда черт принес? Ни у кого из наших подобной посудины я не припомню, да и нырять у пещеры сегодня мой черед, Влазилис и его группа туристов поплыла в похожую лагуну, но с другой стороны от дайвинг-центра.

Туристы что ли катаются?

С другой стороны – мне какая разница? Ну плавает яхта какая-то, что с того? Поболтается тут и отправится дальше, главное, чтоб к берегу близко не подплыли, там мелко.

Не удостоив более «Посейдон» и взглядом, я начала погружение, у меня туристы по дну болтаются без присмотра. Я собрала всех в кучу и мы медленно поплыли в сторону катера, время от времени фотографируя кораллы и местную живность. Вода в заливе позволяла видеть все на многие метры вперед, такой прозрачной была.

Едва мы поднялись на поверхность, как услышали дикие вопли. Именно дикие, страшные и как будто нечеловеческие.

И не где-нибудь, а на нашем катере. Туристы испуганно переглянулись между собой, Колдун же все так же смотрел на меня, как будто я казалась ему интереснее странного крика.

Снизу не разглядеть, что творится на катере, но самим ребятам наверх не подняться. А Титос на помощь не спешил, хотя я слышала его голос: едва заметно он бормотал на греческом, призывая к спокойствию. Но вряд ли его хоть кто-то понимал.