Карьера Отпетова

МИНЕРВА: – Если надо, то прожуем и халу…

ТИХОЛАЕВ: – Заметано!

ОТПЕТОВ: – Ганна, запиши: коллективное решение…

ТИХОЛАЕВ: – Сазонов звонил, Нулеан Евгеньевич – еще одну книгу кончает, как всегда, нам принесет, говорит – роман века!» Каменный гвоздь», называется…

ОТПЕТОВ; – Плодовит и конъюнктурен – весь в родителя!

МИНЕРВА: – Родителя-то он давно переплюнул: по качеству настиг, а по части количества превзошел не только его, а и все доселе виданное. Говорят, на него одна целая бумажная фабрика работает.

ОТПЕТОВ: Звучит! Со второго полугодия и запустим с переходом на следующий год: глядишь – подписчик и на крючке… А название даст нам возможность докладывать в Печатный Приказ, что у нас в каждом номере имеется гвоздевой материал.

БАРДЫЧЕНКО: – После Цвайнеров может и не прозвучать.

ВЕРОВ-ПРАВДИН: – А не делим ли мы шкуру с неумытого медведя?

ОТПЕТОВ: – Нулеан Сазонов – это верняк!

МНОГОПОДЛОВ: – Двести процентов алиби!

ОТПЕТОВ: – Обсуждению не подлежит… Афишкин, что у нас в номере со стихами?

АФИШКИН: – Ставим поэму Елисея Марокова – «Берегись, аматеры!».

Поэма сия – гимн высокому профессионализму. С большим накалом описывает, как молодая цыганка путем непрерывного самоусовершенствования завоевала золотую медаль за секстерьер.

МИНЕРВА: – Какая прелесть!

ОТПЕТОВ: – С Догмат-Директорией у нас осложнений не будет?

АФИШКИН: – Никак нет! Действие происходит в миру и преподносится в назидание правословным.

В крайнем случае, сошлемся на Господа.

ОТПЕТОВ: – А что там у него по этой части сказано?

АФИШКИН: – Точно не помню, но что-то где-то было…

ЧАВЕЛЛА: – Что-то, где-то… Такие вещи на зубок надо знать! Первой заповедью проходит…

ОТПЕТОВ: – Цитируй!

ЧАВЕЛЛА (хихикает): – Плодитесь и размножайтесь!

БАРДЫЧЕНКО: – А не многовато ли будет нам три романа века в один год?

ТИХОЛАЕВ: – Откуда же три? Афонька-мастер своего еще и не написал, и мы тем более решили его не печатать.

Значит, один долой. «Бурный поток» нас не касается – он в миру печатался, стало быть, и роман он мирского века, вот и выходит, что наш роман века только один – нулеановский. И название у него, как уже было сказано, звучное – «Каменный гвоздь», прислушайтесь – разве не звучит?

АФИШКИН: – Ах, я беспамятная собака!

БАРДЫЧЕНКО: – Лобовое решение!

ОТПЕТОВ: – Священное Писание обсуждению не подлежит.