Скульптор и скульптуры (сборник)

Пират согласился: «За согласие и примирение, – и, почему-то добавил: «Ну – Ну».

Надо заметить, в демократических процессах Пират разбирался не хуже своего попугая. Может поэтому они и дружили и тяжело переживали разлуку друг с другом. Пирату самому не раз приходилось сушить демократов на корабельных реях. Хотя ему были известны и ещё большие демократы, чем он сам, например, старого разбойника Флинта*, очень любившего делиться, он даже любил.

В этих демократических процессах он и потерял ногу, но приобрёл кое-какую мудрость.

Пират ещё раз заглянул в кратер, обе толпы стояли с задранными кверху головами и кричали: «Лестницу кидай». Иван вопросительно посмотрел на Пирата. Пират сказал ему: «Как хочешь, только помоги подняться».

Попугай начал приходит в себя. Он перестал икать, но ещё не мог вспомнить правильного звучания слов и бурчал Пирату в ухо: «Пи…Пи….Демонкратия, Демонкратия». Иван помог подняться Пирату и уже взялся за конец лестницы, как к ним приблизился красивый и очень известный человек.

Он произнёс торжественно и тихо, обратившись к Ивану: «Разрешите представиться – Скульптор».

Иван сделал вывод, что с Пиратом новый гость уже знаком, и вспомнил лодку с галеры, причалившую к берегу. Иван без всяких мыслей сразу спросил просто и понятно: «Третьим будешь?» – и получил от Пирата, тычок в спину.

Скульптор это заметил и поощрил Пирата словами: «Вижу, исправляешься, рад, что ты не внизу» – и добавил, посмотрев на Ивана: «У меня сегодня разгрузочный день, но мой помощник с удовольствием составит вам компанию».

На руке у помощника сиял бриллиантовый Ролекс, пиджак украшала платиновая булавка, на шее висел медальон, чем-то напоминавший носовую часть ушедшей ко дну галеры, но на ногах почему-то были рваные носки разного цвета.

Помощник, казалось, ждал этого предложения всю жизнь, он радостно прогудел: «Конечно», – и сразу появилось три пластмассовых стула, такой же пластмассовый стол и «грибок» с надписью по кругу «МаГдоналдс».

На столе появились посуда и закуски. От них пошёл такой аромат, что Иван и пират не заметили, как ушёл Скульптор. Помощник же скульптора, казалось, был с ними вечно. Они ещё не успели познакомиться, как пили уже по седьмой.

Попугай опять начал нервничать. Он почему – то не ел, но всё время норовил пролезть в бочонок с ромом. Ромовый дух его уже не брал, а только раззадоривал.