За меня подымите вы чарку! Стихотворная лирика

Как те пташки о будущем пели,

Я теперь об ушедшем пою!

О весеннем! О юном! О смелом!

О пылающей страсти огнём!

Вспомню милую девушку в белом,

Вспомню всё этим суетным днём…

Закат на небе алом угасает

Закат на небе алом угасает,

Былое скрылось в сумраке ветвей,

Но редкий человек не вспоминает

Счастливые часы минувших дней.

Счастливых дней, безудержных и смелых,

Щемящих грудь страданий: «се-ля-ви»!

Тех поцелуев первых неумелых,

Тех первых слов признания в любви.

    (Новосибирск. 1985 г.)

Любовная лирика

За былое себя не кори

Ночь растаяла в утреннем свете.

За былое себя не кори!

Лишь взгляни, как луна на рассвете

Погибает под светом зари…

Ночь минула. Утешились страсти.

Впереди золотятся лучи.

И в безжалостной утренней власти

Мы затушим остаток свечи.

Кто виноват?

Кто виноват, что так случилось,

Растаял мир надежд и грёз.

И над любовью воцарилась

Печаль твоих горючих слёз.

Кто виноват, что мы не будем

Встречать рассветы в тишине.

И что навеки позабудем

Тот поцелуй, что был как в сне.

Кто виноват, что ты горюешь,

Кто виноват, что я молчу?

Меня ты больше не ревнуешь,

А я к тебе уж не лечу.

Прости, родная! Друг мой милый!

Хотя простить нельзя меня,

Ты словно голубь, но бескрылый.

Оставлен мной средь бела дня.

За что судьба нас разлучила,

За что тебя я погубил?

Меня ты искренне любила,

А я, увы, не полюбил.

Я говорил: «люблю», но всё же,

Не сознавая того, лгал.

И верил этой лжи. О, боже!

Ведь я, дитя, в любовь играл!

    (Новосибирск 1996 г.)

Поэту

Однажды поэт какой-то решил,

Что любовь – вдохновение, грёзы, страданье,

Что приходит она к нам с небесных вершин,

Мы бессмертны в её ожиданье.

Он любовь ту искал, он стихи ей писал,

Он сгорал от её дуновенья,

Но вдруг в том, о чём долгие годы мечтал,

У него появилось сомненье.

И звезда, под которой родился и рос,

Для него новый луч испустила,

И он больше не тот, без букета мимоз.

Он не мажет бумагу в чернилах…

Да, он счастлив теперь, он былое забыл,

Он грядущее сверлит глазами.

И лишь тоненький сборник засохших чернил

Иногда истекает слезами.

    (Новосибирск 1985 г.)

Убитой любви

Забудь меня, тебя я разлюбил.

Меня уж больше не терзают страсти

Твой облик, милая, давно уж я забыл.

Я у других страстей теперь во власти.