Настигнутые коммунизмом. Роман

Только Валерка, привлеченный криком отца, оглядывался, смеялся, старался повторить вопль отца. Дальше следовала мучительная пауза, затуманенный взор друга плыл в темном жутком омуте потаенных мыслей.

– Как вы не похожи на своего отца, – удивленно и брезгливо проговорил Марков.

– Точно, телеса нагулял, – усмехнулся Есипов, – а папашка на глиста был похож, зашибал сильно, этак… – крякнул Валерка изумленно.

– Совесть его мучила, вот как это называется.

– О-хо-хо, – с гримасой презрения выдавил смешок Есипов.

– Он был мученик, – проговорил твердо Вадим Андреевич. – Мученик нашей жизни поганой, нашего самоистребления…

– Ну, вы уж нагородили, – снисходительно усмехнулся Есипов, – скажите еще: Христос.

– А что? Может, он и жил распятым. Мы все так живем. Одни только этого не видят, привыкли, другие и тут приспособились, а кто и выгоду нашел. – Вадим Андреевич ехидно засмеялся. – В услужении подрабатывают за хорошую плату: кому крест повыше, кому пивка подать, а кого плеточкой, если вопит слабо.

Помнится, один солдат копьем Христа добил, решил избавить от страданий.

– А может, в казарму захотел, пожрать да к бабе, – заурчал довольно Есипов. – Хотите, скажу, как на самом деле было? Ведь вранья за две тысячи лет столько набрехали… Открою вам глаза.

Марков ничего не ответил, продолжал смотреть поверх затылков передних пассажиров, да краем уха отметил, что аэродромные огни двинулись и помчались назад. Рев двигателей усилился, корпус самолета лихорадочно завибрировал.

– Взлетаем, – пробормотал Есипов. – Люблю оторваться от родной земли. Мы еще вернемся. Прощай, любимая и родная страна советов… Так вот, дело было так. Иуда, мало ему с властей денег за информацию, он решил еще и на после капиталец сколотить. Быдло ведь чудеса любит. Мужик на небо вознесся – это чудо, а потому ученикам его – почет и уважение. Рассказы очевидцев с разинутыми ртами будут слушать. Тут тебе и угощение, и презент. Так он сначала Христа продал с потрохами, а потом ночью выкрал труп да неподалеку закопал.

А утром вместе со всеми бегал и кричал: «Чудо, чудо! На небо вознесся!» Мы, кстати, тоже возносимся в небо. Люблю этот момент, – Есипов прикрыл глаза и довольно почмокал толстыми губами.

– Чепуха, – мрачно заявил Вадим Андреевич. – Конечно, с властей деньги за донос можно получить. Любая власть хорошо платит стукачам и подонкам, а вот трепачам, которые простолюдинам морочат мозги баснями, – смачно проговорил Марков, – головы рубят.