Общество мертвых пилотов

Обманывала, говорила, только тебе во благо. Чтобы мог ты гордиться своим отцом. А вообще-то, он даже не твой биологический отец. Прикинь? Меня как поленом по голове стукнули… Я только сейчас, когда он умер, начал сопоставлять и размышлять. И не могу, Саня, прийти к однозначному выводу. Я так и не понимаю, когда она мне правду говорила. А вдруг она после развода мне намеренно соврала, чтобы папане отомстить?

Вадим медленно разжал кулак и выложил на стол полупрозрачный стеклянный шарик.

– Ты такую штуку видел когда-нибудь?

Токарев приподнял шарик двумя пальцами.

Обычное стекло. Только с черными вкраплениями неправильной формы.

– Это что?

– Это панорамная камера. Очень качественная. Одна из последних разработок ведущего мирового производителя – сингапурской компании «Кристалл». С очень высокой чувствительностью и большой разрешающей способностью. Снимает практически в темноте и может передавать видопоток на частоте в три гигагерца на расстояние до двух километров. Поскольку такой камерой управляют дистанционно, то она часто применяется для систем скрытого наблюдения.

Ставишь ее в люстру, например, и вся комната перед тобой как на ладони. Я с такими изделиями сталкивался, когда веб-дизайном на жизнь подрабатывал. А теперь спроси меня: где я ее нашел?

– Где? – послушно отозвался Токарев.

– В этой квартире. Сегодня. Когда осматривал коридор. Она в щель между досками закатилась. Я думаю, что таких камер здесь было несколько. Срезать их успели, а хвосты не все замели. Некачественно работают ребята, если даже я заметил…

– Заяц, у тебя с головой порядок? Есть такая болезнь, не помню, как называется, когда одним пришельцы из космоса спокойно жить не дают, другим – спецслужбы, а третьим – спутники-шпионы и глобализация экономики.

Но заканчивают все эти люди одинаково плохо. Их помещают в тихие палаты с войлочными стенами, где за ними действительно ведут круглосуточное наблюдение.

– Да, интересная болезнь, – согласился Вадим. – Я ее знаю. Мне, кстати, на днях один дядька из Штатов звонил.

Отцом интересовался. Вопросы разные задавал: как умер и все такое. Сказал, что он психотерапевт, что его зовут Роберт Хольберг и что он, якобы, с моим отцом знаком очень давно. Представляешь, давний знакомый из Штатов? Да за такие дела двадцать лет назад можно было в зону загреметь! Или не двадцать? В общем, не важно. Главное, я не пойму как этот американец номер моей мобилы узнал.

– А-а, теперь я понял, – хмыкнул долго молчавший Токарев.