Общество мертвых пилотов

– Разрешите не повторять их вслух, товарищ полковник?

В кабинете повисла предгрозовая тишина. Впервые в жизни Железный Феликс не знал, что ответить своему подчиненному…

– Рапорт! – хрипло выдавил он из себя. – Хотя, нет. Отставить, рапорт. Сам разберусь, без рапорта…

Через секунду на пороге кабинета вырос помощник комполка – капитан Любимов.

– Старшего прапорщика Куклю! Ко мне! Срочно!

– Разрешите идти? – Гриша подскочил как на пружине.

– Да иди уже, лейтенант. Глаза бы мои вас не видели, защитничков Отечества, – проворчал на прощание Железный Феликс.

Гриша обогнул плац, на котором комендантская рота оттачивала подходы к командиру и отдание чести, огляделся по сторонам, убедился, что никто его не видит, и только после этого просочился в узкую щель между баней и столовой. Здесь дорога в гарнизонный поселок была намного короче. Если идти по ней все время прямо, а потом у трех березок взять левее, то через некоторое время упрешься в Объект. Отсюда его не видно, естественно. Он весь под землей.

Сверху только невысокое бетонное строение, в котором за десятимиллиметровой броневой сталью затаился пост охраны.

Если Объект обогнуть и пойти еще дальше, то через пару километров будут два ряда колючки. Еще дальше – двухметровый бетонный забор Периметра, вдоль которого равномерно расставлены вышки. Ну а если все эти непреодолимые препятствия мысленно преодолеть и пойти еще дальше – уже за территорию части, – то обязательно выйдешь к Реке. Она приблизительно в двадцати километрах.

В другую сторону от части – Город, куда ведет единственная дорога с твердым покрытием. И хотя городом поселок при Комбинате стал совсем недавно, да и состоял он, преимущественно, из щитовых бараков, но все же там была цивилизация, что ни говори…

Беляков ослабил галстук и расстегнул верхнюю пуговицу рубашки. Ему не нужно было ни к Реке, ни в Город. Его цель – квартира Кашина – располагалась намного ближе, хотя по непривычной для этих мест жаре и такое расстояние преодолеть оказалось совсем не просто.

На его счастье, Кашин оказался дома.

– Где супруга? – осторожно поинтересовался Гриша.

– С утра в Город умчалась. – Кашин подмигнул. – Заходи не бойся, уходя – не плачь! Извини, что я в таком затрапезе…

Старлей показал на растянутые на коленях спортивные штаны. Голый волосатый живот он прикрывал фартуком, испачканным в муке.

– Здрасьте, дядя Гриша!

Из-под руки Кашина выпорхнула его шестилетняя дочь Дашка.

– Привет, привет, стрекоза-дереза.