…Его досужие вымыслы

За ним Ефим Дуга, добывший Багряного; дальше Говоруха-Отрок и Завьялов Неназванный, а с ним обозы, за обозами – Соленый и с ним, в строю сотников его, – Фрунзе. Следом Ефим Небогат и Тимофей Пакля с людьми Багряного. Следом Данила Сыч и другая часть обоза. Затем Матвей Плаха, известный как Однорукий, и Еврей Гольц, за ним Архип Заяц и, после всех, Федот Сухой и плотники его, люди надежные в бою и работе. Салават-мирза же и немногие люди его вышли прежде того – чтобы узнать степь. И выступили против Фрунзе некоторые вожди киргизские и были разбиты, а люди их рассеяны в степь.

И выступили за ними другие, большие числом, помня обещанное Багряным, и также были разбиты, потому что не лежало к правде дело их, за что сражались они. И попали в руки к Фрунзе стада их и сокровища их, и надо было решить, что делать с этим. И велел Фрунзе поделить стада впятеро, и после – пятую часть велел отдать в обоз войска своего, остальное же поделить промеж киргизов поровну – чтобы никто не обижен был перед прочими. Сокровища же велел Фрунзе пересчесть, и вышло сосудов золотых и серебряных – восемьсот девяносто, богатого оружия – две тысячи двести шестьдесят, конской амуниции, выделанной золотом, – на триста пятнадцать конных, женских же украшений – без счета. Помимо этого взяты были золотая колесница под четверку коней и диамантовое ожерелье генуэзской работы, дарованные во времена прежние киргизам от Джучи-хана, в знак владения ими степью. И обратился к Фрунзе некто и говорил: «Я златокузнец, мне ведомы секреты мастерства сего от отца моего, как ведомы ему от деда. Вели отдать мне вещи эти, ибо знаю я, как поступить с ними». И спросил тогда Фрунзе у бывших с ним: «Кто человек сей?» И сказали, что так, мол, и так – что начальник ему – Евсей Калина и что сам он – воин искусный и не раз показал себя. И спросил тогда Фрунзе златокузнеца: «Что ж сделаешь ты со всем этим?» И сказал тот в ответ: «Знаешь ли ты, как поступали люди дней прежних?» И сказал Фрунзе: «Говори!» И сказал тот в свой черед: «Если хотели они почтить кого-либо перед прочими, то изготавливали для него что-нибудь: браслет ли, отделку для оружия его либо доспехов его. Если же нужда была почтить героя павшего в пример живущим, то насыпали холм поверх могилы его и клали в могилу ту добычу дней войны и также сделанное искусно в память его. И стоят холмы те от дней минувших по дни нынешние, и стоять будут до дней последних».