Алиса

Он тронул ее за мокрое плечо и спросил:

– Как дела?

– На ловца и зверь бежит! Как хорошо, что я тебя встретила. Мне надо с тобой поговорить. У меня неприятности, я должна уехать из города на неделю. За животными моими не мог бы присмотреть? – выпалила одной строкой Алиса, чтобы не быть перебитой или неправильно понятой. Матвей ничего конкретного не ответил, просто предложил поговорить после.

В сауне никого не было. Алиса по-хозяйски подняла температуру, подкинула воды с эссенцией алоэ на камни и спирали.

Зашипело запрещенным и душистым.

«Запретный плод всегда сладок. Ну что может быть такого уж плохого в запахе растительного происхождения. Это ведь как ингаляция», – подумала Алиса, растягиваясь на лавке.

Не успела она прикрыть глаза, как история их отношений с Самцом вновь замелькала в ее памяти.

Итак, у него не было постоянной работы. Однажды он тренировал детишек в одной сердобольной русской семье за бесплатное жилье…

Полежали они тогда в молчаливом равновесии на узеньком ее диванчике почти до полного онемения.

Она надеялась, что Макс встанет во весь рост еще до полных сумерек – уж больно ей хотелось посмотреть на него в непринужденной обстановке.

В конце концов он встал. Она была удивлена, что не так уж сильно смутилась от его наготы. Он вел себя естественно. Было понятно, что бывать обнаженным ему приходится довольно часто.

Макс выглядел античным героем, за исключением одного места: героические пипочки выглядели бы, как детские свистульки по сравнению с его полноразмерным кларнетом.

На нем не было цветовых границ. Все тело было однородно-бежевого цвета, включая детородный орган.

Во время поисков своих сигарет он продолжал ей рассказывать, как попал из инструкторов фигурного катания в группу ритуального танца в черном Гарлеме.

Заметив, что он ни капли не смущен, Алиса просто поедала его глазами и засмеялась не к месту, оттого что нашла его член похожим по форме на бутылку из-под подсолнечного масла советского образца.

Макс поймал ее взгляд и, как ни в чем не бывало, продолжал, что именно благодаря своему органу он и был принят в труппу танцоров. Они исполняли ритуальные африканские танцы для женской публики в закрытых клубах. Единственным нарядом был замшевый носок, надетый на орган. Публика платила немалые деньги за представление и дополнительные чаевые за индивидуальные контакты.

Алиса сидела завороженная рассказом, а Макс по-хозяйски стоял у открытой форточки и курил.