Новый Исход (сборник)

Давайте вспомним другие стихи о евреях – стихи настоящего поэта, Александра Галича, посвященные памяти польского писателя и педагога Януша Корчака, сожженного фашистами в печах концлагеря Треблинка вместе с двумястами еврейскими детьми-сиротами из Варшавского гетто:

…Пусть мы дымом истаем над адовым пеклом,

Пусть тела превратятся в горящую лаву,

Но дождём, но травою, но ветром, но пеплом –

Мы вернёмся, вернёмся, вернёмся в Варшаву…

Эту историю я рассказал вовсе не для того, чтобы с расстояния в 100 лет «выставить оценки» всем действующим в ней лицам.

Я просто хочу дать ответ на тот вопрос, который часто забывают задать авторы статей об истории (да и о сегодняшнем дне) Украины: что принесла деятельность такой-то исторической личности не Украине в целом, не какому-то её региону – а обычной её семье, рядовому её гражданину? – Так вот, деятельность Симона Петлюры в Украине принесла «пересiчнiй» (рядовой) семье Краснянских и её ближней и дальней многочисленной родне – ГОРЕ, КРОВЬ, СМЕРТЬ. Больше ничего. Характерно, что моя тётя Рахиль Краснянская, сумевшая уцелеть в ананьевском аду петлюровских погромов, но не сумевшая вовремя покинуть Одессу в 1941-м году – была казнена гитлеровцами в гетто под Одессой. И я спрашиваю себя – не были ли тогдашние погромы петлюровских атаманов некоей репетицией грядущего Холокоста?

Мой отец «благодаря» Петлюре остался круглым сиротой в 13 лет. Он прошел через сиротство, детский дом, сумел закончить Одесский архитектурный институт (он прекрасно рисовал), прошел почти всю войну в инженерно-строительных войсках, имел военные награды, а в конце 1944 г.

, после освобождения г. Сталино, был демобилизован (в чине инженер-капитана) восстанавливать разрушенный фашистами город. Папа начал работать начальником отдела строительства Сталинского облисполкома. Первые послевоенные годы папиным «персональным авто» была фронтовая «полуторка» (полуторатонный грузовик с деревянным кузовом), на которой он и колесил по тогдашнему областному бездорожью. Кроме того, отец много лет был депутатом Сталинского, а затем Донецкого облсовета. Со временем отец объединил разрозненные проектные организации Сталинской области в один крупный Государственный институт проектирования городов («Гипроград»), где и проработал последние почти 20 лет в должности директора. Почти 20. Дело в том, что папу очень не любил первый секретарь к тому времени уже Донецкого обкома КПСС всемогущий Дегтярёв. В последние годы папиного директорства (1965-67 гг.