Погоня за хвостом

Готовясь к неприятному зрелищу (поведение Славика впечатлило), медленно прошла вперед. Тип, названный Вовкой, не обратил совершенно никакого внимания на мое появление, увлеченный чем-то своим, скорее всего, парень криминалист, они вечно себе на уме. Почему-то все криминалисты ассоциировались у меня с парнями вроде брата, уж не знаю, откуда это пошло, Март вообще по компьютерам, а не по трупам.

Итак, что меня ожидало?

Девушка лежала на спине, странно раскинув руки, одежда на ней та же, что и днем. На груди расползались кровавые пятна, одежда порвана: похоже, орудовали ножом, орудовали грубо, увиденное трудно назвать приятным.

Но это все отходило на второй план, потому что самым ужасным зрелищем стало ее лицо. До последнего я хотела разглядывать деталей, боялась, что меня стошнит.

Взяв себя в руки, я перевела взгляд на лицо: поначалу видишь только ужас, ничего больше. Кровь, все искурочено, а приглядываться дальше желания нет. Но не зря же я на Южную тащилась… я присела рядом с трупом, совсем как Вовка-криминалист.

Лицо девушки, а точнее, правая его половина, алела от ужасающего вида раны с рваными краями, она начиналась на лбу и заканчивалась на подбородке, выглядела настолько кровавой и тошнотворной, что казалась нереалистичной, какой-то больной декорацией из фильма про зомби. Края раны расходились, демонстрируя кровавую кашу, губа девушки порвана так, что видно часть верхних зубов.

Я поспешно зажмурилась.

– Что ты здесь видишь? – подал голос Вовка-криминалист.

– Мертвую девушку, – с трудом выдавила я.

Парень обернулся, окинул меня удивленным взглядом, наверное, ожидал тут увидеть кого-то другого, и криво улыбнулся:

– Для начала неплохо, но может быть, что-то еще?

Очевидно, речь шла не о ранах на теле, одежда их практически скрывала, да и крови слишком много, чтобы рассмотреть все. Я присмотрелась внимательнее, как ни странно, на сей раз меня даже не тошнило, я смотрела вниз совсем как этот Вовка, в поисках разгадки. Так намного проще.

– Это сделано ножом?

– Вроде того.

– С грубым толстым лезвием, – уверенно добавила я, памятуя что вчера Ромка рассказывал об убийстве Токарева. Связь очевидна, Ромка описывал слишком похожую картину, чтобы все это было простым совпадением.

– Я бы даже сказал, что лезвие не просто толстое, оно с зазубринами, от обычного ножа не бывает таких рваных и неаккуратных краев. Пока не могу придумать, чем именно нанесен удар, но примерный вид лезвия представить можно.