Дом с розовыми наличниками. История про странных обитателей

Несмотря на то, что в учёном мире вполне приемлем плюрализм мнений и оппонирующие противники не пришли пока к единому мнению в области мироустройства, можно однозначно утверждать: существует кармическая связь между внутренним миром человека и происходящими космическими процессами.

Набивает оскому болотная тишь

слуховой перепонке

и взгляда истому

непременно за сим в синеве ощутишь,

волочась неторопко по небу спитому.

Полинявших небес измусолен шаблон:

загодя уготован для масс бессловесных.

Да и всё бытие есть стандартный талон, —

предначертан для мук и страданий телесных.

Коль покроется ряской болото небес, —

проступившая серость – знамение свыше.

В декорациях смене

надежда телес

на реальность иллюзий в отдушине,.. нише…

почерпнуть освежающей нови глоток, —

новой формой отвлечь от реальности мрачной.

Ну а далее ждёт нас, быть может, виток

бытия

по спирали пространства

удачный.

11.Осенняя грусть

Занавесочку качнул ветерок…

За окном царит осенняя грусть,

будто чувства заточили в острог

лишь доносится извне: шасть да хрусть.

Шмыгнул рыжею лисицею день

в подворотне, заметая следы.

Туча в небе разлеглась, как тюлень

в окружении привычной среды.

Уползает солнца влажного спрут

за черту береговой полосы,

и уносится волнами труп

дня, забрызгавшего чёрным усы.

На рассвете новый мир отворит

дверь в грядущее для праведных дел, —

лишь звезда на небосводе сгорит

перед тем, как улететь в запредел.

Что-то странное происходит с Магистром когда наступает осень. Лишь только стриж Маркус отщебечет прощальную песню и, наговорив всем кучу любезностей, быстро обратится в уменьшающуюся точку, которую вскоре и вовсе поглотит небесная лазурь, – Магистра охватывает неодолимая страсть к музицированию. Охваченный вдохновением, трясущимися руками он собирает вокруг себя ноты и заплетает их в замысловатый узор музыкальной композиции.

Правда, музыки мы так никогда и не слышали, но Магистр утверждает, что звучащие мелодии великолепно-божественны.

Но иначе и быть не может, ведь наш Магистр, слагая мелодию, берёт ноту от солнечного луча, нанизывает на неё ноту шуршащей кленовой позолоты, добавляет полтона весёлого ветра, для уравновешивания звукоряда выпрашивает у Мальвины пару хрустальных горошин, хранящихся всегда в её цветастом кармашке и так до тех пор, пока не добьётся нужного звучания.