Дар одиночества

В нём находят отражение образы зазеркалья, «мира, перевёрнутого наничь», гордой одинокой птицы, музыкальных инструментов, облаков; особое место принадлежит образу одухотворённого моря, передающего тонкие оттенки чувств и переживаний человеческой души; присутствует образ Санкт-Петербурга; образы сказочных гномов и др.

Не менее интересна и мотивная структура. Мотивы музыки, сна, одиночества, памяти, детства, трансцендентального бытия, гражданские и эсхатологические мотивы, а также мотив романтического выбора являются ключевыми в стихотворениях Натальи Русиной.

Автор использует метафоры, сравнения, олицетворения, антитезы, инверсии, антиномии, метонимии и другие художественные средства.

Творческий метод Натальи Русиной можно назвать психологическим неоромантизмом. Стиль её поэзии сочетает высокую «тональность» с лексическим разнообразием: присутствуют архаизмы, славянизмы, неологизмы.

В сборник «Дар одиночества» вошли стихотворения из циклов «Лирика», «Моя Балтика», «Смыслы», «Духу Санкт-Петербурга», а также подборка ранних стихотворений.

Анастасия Полярная (Полторацкая), кандидат филологических наук

Дар одиночества

Облака

Если бы мы чаще и дольше созерцали облака, то мы, наверное, сами стали бы лучше… Или, может быть, это верные тени высших, небесных сил?

    И.А. Ильин

Облака – это тени ушедших за море,

В невозвратную даль, недоступную нам.

Так беспечны, безудержны те, кто на воле,

Как бродяги, привыкшие к чуждым мирам.

Вереницей прощаются милые лица.

Провожу их слезой в тот неведомый край.

Позову их во сне – и детство приснится.

То ли в нём, то ли там наш потерянный Рай…

    10.07.2012

Что есть любовь…

Мне Богом и судьбой дано молиться

За чью-то боль, за горе, за беду.

Взгляну в уставшие родные лица

И всю печаль улыбкой разведу.

Мне Богом и судьбой дано по силам:

Не спать, не убегать, беречь, любить.

Стальные нервы, как канаты, жилы.

Обиды отпустить. Понять. Простить.

Мне Богом и людьми дано подняться,

Когда на перепутье упаду;

С отвергнутым и грешником обняться,

Помочь тому, кто в жизни, как в бреду.

Мне Богом и людьми дано прорваться

В заоблачную высь, где душам рай;

На колесе любви, добра умчаться

В волшебный мир, в неведомый нам край.

Мне Богом и судьбой дано вернуться,

Поверить и другим дарить тепло,

В чужих слезах от счастья захлебнуться

И сделать так, чтоб стало всем светло.