Помнить нельзя забыть

– Посмотри-ка, что я тебе привез, – бодрым голосом вдруг произнес он и, взяв за плечи женщину, отодвинул немного от себя, заглядывая ей в глаза.

Ободряюще мигнув ей одним глазом, он взял со стула кейс и положил на стол. Когда он открыл его, все трое подошли поближе, чтобы разглядеть содержимое. Военные, как ни в чем не бывало, сидели на своих местах, привыкшие ко всяким жизненным переворотам.

С губ Геннадия и Марины сорвался возглас удивления и восхищения от того, что они увидели перед собой. Алла по-детски широко улыбалась.

– Мои награды, – прошептала она и благодарно кивнула старику.

В кейсе на красной подушечке лежали, аккуратно приколотые, боевые ордена и медали. Там были два ордена «Красной звезды», несколько медалей «За Боевые заслуги», «За Отвагу» и другие награды.

«Тринадцать» – подсчитал математический ум Марины Ивановны.

– А вот это подарок на юбилей, – торжественно проговорил Игнат Иванович и взял отдельно лежащую коробочку из кейса.

Открыв ее, он вынул награду и протянул женщине.

Она выпрямилась и приняла ее. На раскрытой ладони лежал орден «Красного Знамени» – высокая награда всех времен, приравненная к Золотой Звезде Героя Советского Союза.

– Это за последнюю операцию, – проговорил генерал. – Ты так быстро тогда исчезла, что не удалось тебе его вручить. Все же было строго засекречено, сама знаешь. И не было возможности тебя отыскать. Некоторые думали, что ты вообще погибла.

У Аллы Борисовны подкашивались ноги. Марина Ивановна усадила ее на стул и ободряюще положила ей руку на плечо.

– Давай я отвезу тебя домой, – глядя на ее плачевное состояние, предложил Игнат Иванович. – У меня там машина с шофером. Заодно и поговорим, вспомним молодость так сказать.

– Вы же отпустите ее, товарищ директор? – Обратился он к Зимину.

Тот утвердительно кивнул в знак согласия.

– Ну вот, и ладненько, – совсем по-стариковски сказал генерал, – Пойдем, дочка.

Он взял ее за руку и повел к выходу, прихватив с собой кейс с наградами.

Алла покорно шла за ним, отрешенная от всего, со щемящей пустотой в голове и звоном в ушах.

Игнат Иванович был для них – выпускников спецшколы особого назначения – всем: и командиром, и отцом, и учителем, и другом. Он учил их воевать и выживать в той войне. А еще он учил их всяким «премудростям спецназовцев», защищающим и помогающим в их нелегкой службе.

Они просидели всю ночь. Вспоминали прошлое, своих боевых товарищей. Плакали и смеялись.