Мифологемы. Махмут, лепёшки и гора. Литературное объединение «Уфимские литераторы» (УфЛи)

Вновь гудок, снова рельсы ожили,

из вагонов прёт дух нежилой.

Уходящими столько кружили,

чтоб теперь возвращаться домой.

    1988

    Уфа

Воробей

Скок да скок, да скок-поскок —

по холсту души моей

прыгает на спичках ног

белобрысый воробей.

И, впиваясь коготками

в ткань узорную души,

клюва точными клевками

нити тонкие крушит.

За любовь высокой платой

принужден я отдавать:

вся душа в таких заплатах,

что узор не разобрать.

Воробей белоголовый!

(Кто любил, меня поймет)

Лоскуток души узорный

ты оставь мне на развод!

И не рви ты во спасенье

ткани тоненькую нить:

даже через отлученье

мне тебя не разлюбить.

    1985

    Уфа

Воспитание чувств

Вышиваем цветы – вышиваются чудные звери,

вышиваем зверей – разлетаются райские птицы.

А давай собирать по крупице песок у реки.

Обучаю летать: forte-piano в четыре руки.

Мы займемся с тобою рисованием, лепкой и пением:

запасись послушанием, прилежанием,

больше – терпением.

Дирижирует ветер, репетируют сосны поклоны —

дуновению каждому послушны упрямые кроны.

Я тебя научу разбегаться по влажной траве

и взлетать, на земле за спиной оставляя препятствия.

Можно в небо ворваться, у солнца икаром сгореть,

можно плавно парить и в воздушных потоках купаться.

Я тебя научу, как из глины, лепить эту жизнь:

и деревья, и травы, и даже бегучие реки,

чтоб они, оживая, дыханьем вступали своим

в грандиозном хорале, звучащем над миром от века.

Я тебя научу. Ты доверься шершавой руке.

Этот маленький мир! – он огромен и малопонятен.

Мы построим свой дом на прибрежном неверном песке

и, пока он стоит, продолжимте наши занятья.

    80-е

    Уфа

Встреча друзей

Подражание Б. Ш. Окуджаве

Ау, друзья! Что вас не слышно?

Где носит прихотливый ветер?

Я б всех вас на вокзалах встретил

и встречи те обставил пышно:

с шампанским, с яркими цветами

я б вас повез в такси шуршащих

по улицам кварталов спящих

под голубыми фонарями.

Я б распахнул родные двери,

и долго, до рассветной дымки,

нам пели б старые пластинки,

как мы от юности шалели.

Мы б говорили понемногу

о том, о сем, что было, будет,

кого жена без меры любит,

а кто любовь оставил Богу.

Мы б вспоминали помаленьку

о тех, кого не будет с нами,

и подобревшими глазами

смотрели в прошлое сквозь стенку.