10 историй из карманов Эда

Вдруг, по обоям запрыгали три зайца, они казались намного чернее и больше, чем в самом деле, мальчик вскочил и принялся пытаться удержать их в ладонях, но один заяц оказался вовсе не тем, кем казался. Едва Эдуард коснулся его ушей, те вдруг начали расти и превратились в крылья, и через пару минут какая-то большая птица с угольным отливом крыла скользила вверх по стене.

«Мы уже поймали двух зайцев, сейчас будь осторожен, они будут пытаться улизнуть», – вопила Элли. По обоям прыгали зайцы, какие-то не успевали приблизиться к полу, их лапы тут же уменьшались, появлялся длинный хвост, и в комнате эхом прокатывалось протяжное: «мяяяяу», какие-то норовили сбежать со стены на потолок, чтобы прокатиться на люстре, но едва они перепрыгивали на плафоны, то резко начинали уменьшаться и разлетались бабочками по комнате.

«Смотрите, смотрите, я вижу ещё двух зайцев, они играют в чехарду справа от вас!», – Эд приблизился к стене и резко накрыл ладонями обе небольшие тени.

– Молодец! Я чувствую, что остался последний, не упусти его! «Но я никого не вижу!», – уверял Эдуард.

– Тогда начинай слышать и чувствовать, разве ты не умеешь?

Вдруг где—то внизу мелькнул небольшой силуэт, в котором угадывались только длинные уши. «Я нашёл!», – воскликнул Эд, и потянулся вниз, чтобы схватить зайца, но как-только его пальцы коснулись чего-то мягкого,

Элли резко дёрнула штору и всё сразу исчезло. Ворвавшееся в комнату солнце съело ламповый свет и не оставило ни одной крошечной тени в комнате.

«Кажется, мы засиделись, малыш, – растерянно сказала Элли, мама, наверняка, тебя ищет».

«Скорее всего, – пробурчал Эдуард, – я и вправду пойду.» Дойдя до входной двери, Эд обернулся назад и бросил вопрошающий взгляд на мадам

«Вы напишите мне письмо? Я бы хотел ждать его.», – и он опустил глаза в знак своего смущения.

«Конечно, напишу, – улыбнулась Элли, – оно будет очень важным, а теперь иди.» Она открыла перед Эдом дверь. Тот кивнул и отправился вниз по лестнице. Идти домой совсем не хотелось, там невыносимо скучно, а потому лучше просто походить по улицам.

Эд дошёл до местного ларька, купил зачерствелый батон и отправился на ближайшую реку кормить уток. Что-то было совершенно дикое в их борьбе за хлебные ломти. Клювы казались слишком длинными, а перья слишком мокрыми.

В такую минуту Эдуард думал о том, как было бы здорово завести дома утку, она бы плавала в раковине, пока мама моет посуду и сообщала число помытых чашек и тарелок.