Город снов. Экзистенциальный роман

В них они перемещаются с места на место, чтобы потом опять ублажить неистовство железного червя.

– И ты побывал в его чреве?

– Да, но не совсем так, случилась беда. Попав внутрь, я испугался и вылез на непонятной станции, у которой не было выхода наверх, она вообще была какая-то безлюдная и не походила на остальные. Я вынужден был спрыгнуть в тоннель и бежать по рельсам, к счастью, на следующей станции люди были, только вот стояли как-то неподвижно, и было чувство, что это та же самая станция, с которой я только что убежал.

Я еще долго бегал по линии, пока какой-то странный человек в синей форме не поймал меня за руку и не вытащил наружу. Зато следом я оказался в галерее картин. Там были Ван Гок и Герника, разрезанная на части и прикрепленная к потолку, наподобие колпака звездочета. Там было так много картин на стенах, и от их смешения у меня заболели глаза и выступили слезы.

– Ладно, давай поедим, и идти уже надо, Кирюха приезжает через час.

– А-а, это тот здоровый оболтус, с ногами слона.

– Да, большая Кирилла, мой старый приятель.

– Пока тебя не было, ко мне Крыса на днях заходил. Так резко вломился. Поговорили, у него пару щепоток зелени было, курнули. Он вернуться собирается.

– Да, ну! Вот потеха.

– Я же говорил тебе, что, может, скоро увидишь его здесь, вот, пожалуйста.

– Он же из Города. Интересно, сколько он отбашляет. Косарей тридцать, откуда у него столько бабла?

– Я у него в гостях был, комп новый, атлон там какой-то, короче, пипец – чуть не взлетает, когда включаешь.

В игрушки поиграли, пробочки, гольф, боулинг – так подецелу. Зато отходил потом, наверное, сутки, думал, издохну. Такое чувство, словно сознание провалилось в черную дыру. Ходил вечером тучи разгонял, чтобы поправиться.

– Да, Крыса это зло, это суперзло.

– Страшнейший человек: сделаешь ты что-нибудь ему хорошее, плохое или просто подумаешь об этом – все против тебя извернет. Пожалеешь, что на свет белый родился. Таких так просто и не сыщешь, умудриться надобно.

Крыса

Родом он был из окрестностей Хабара. В детстве отец его частенько брал с собой на охоту, давал стрелять из ружья. А однажды привел в село волчонка и оставил его жить с ними. Ваня играл с ним в детстве, и зверь стал совсем ручной, только вот жрал ведрами. Зимой Ваня запрягал его в сани на зависть и потеху ребятне и гонял по снежным курганам.

С местными гиляками Ваня тоже дружил. Чистосердечные, говорил, малые были.