Та, чьё второе имя Танит

Он объяснял это для себя обострением интуиции – не заботой же матери в самом деле объяснять! Он же ещё не сошёл с ума! Сейчас пришло время использовать перстень танаидов по назначению.

Зачарованный белым взглядом своей таны, он должен был резким движением крутануть его! И в то же время представить себя волком, страстно пожелав стать волком, – до запаха, до звериной злобы, до жажды охотничьего гона!

Он ожидал боли. Но боль превзошла его ожидания.

У естества есть покров. Это дар Божий.

Заменить покров можно.

Можно даже часто менять его. Но эта замена должна быть очень мотивированной! Иначе старый покров восстанет против обновления! И бывает, что это сопротивление – не победить!

…Чернокогтистые лапы вцепились в кожу! Оттягивают вниз! Растянули до земли! Лопнет!!! Ах, больно же! Жжёт неимоверно!

…Жёлтые волчьи клыки рванули с треском белую цельность человечьего покрова! Они изнутри или снаружи – не понять!

…Вот она, выпросталась мокрая шерсть с острым запахом зверя!

Это мой запах!!!

Встряхнуть всю шкуру! Расправить!

Сморгнуть – очистить взгляд! И оглядеться!

Всё по-другому!

…Вид на всё привычное снизу и как-то колодцем, вьюны запахов вокруг и …Петал.

Её внимательный взгляд сверху…

Петал, не успев ещё превратиться в волчицу, засмеялась звонко и заливисто, – так смешно, неуверенно раскачиваясь на четырёх лапах, новопревращённый Бласт встряхнул свою новую густую шкуру.

Как она была рада, что у него всё получилось! Всё-таки не случайно она влюбилась в него! Притяжение родной волчьей крови сыграло свою роль! А она ещё пыталась сопротивляться, называя его «чужим»! И зубы у него не такие уж и «травоядные»!

Как она была рада, что дождалась, пока ситуация «дозреет», и Бласту самому захотелось испытать возможности нового облика! А ей не пришлось его торопить, уговаривать, предлагать.

Она знала! Она знала, что будет так! Но как же трудно было ей не поторапливать его! Теперь и в этом они были вдвоём, и она не чувствовала больше своей «звериной неправильности» по сравнению с мужем.

Редкие рыбаки, сторожа или пастухи теперь могли видеть на морском берегу двух гуляющих в лунном свете собак. И не могли понять, что так беспокоило их собственных псов, заливающихся истеричным лаем в сторону этой парочки. Но притом жмущихся к ногам хозяев и трусливо поджимающих хвосты!

Бласт уже примерял волчью шкуру раньше – благодаря подружкам Петал. Но тогда у него совершенно не было возможности – как следует осознать самого себя.