Та, чьё второе имя Танит

И со всего маху протаранил старую свежепросмоленную, приготовленную к плаванью посудину.

Прозрачны и безмятежны воды Адриатики.

Только две дощечки остались в протянутой руке…

В это время корзинка на коленях вытирающей слёзы толстухи пискнула. Петал, давно подозрительно косящаяся на неё, откинула покров и всплеснула руками: двое новорождённых младенцев, разлепив ротики, готовились закричать.

Старуха, подхватив крошечные свёртки, поднесла к груди своей хозяйки.

Младенцы с готовностью принялись было чмокать, но снова залились удвоенным криком: от пережитого у Лии пропало молоко.

Петал решительно взяла их на руки и приложила к своей груди. Лия с облегчением вздохнула. Потом медленно соскользнула с лавки, встав на колени перед Петал. Бласт бросился к ней, думая, что бедняжка упала. Но она взмолилась, глядя в глаза Петал.

– Выкорми моих сирот, сжалься! Убийцы идут по моему следу, мне нужно скрыться! Но куда мне деть детей! Они пропадут без молока! Я тебе оставлю свою няньку в помощь! Не откажи, умоляю!

Старая нянька, глядя на свою госпожу, начала подвывать от сочувствия.

Наутро Лия покинула их дом, оставив детей и старуху няньку.

Близнецы, будто почувствовав, что не только отец, но и мать покинула их, реванули вдвоём так, что Бласт занервничал.

Потому что их собственный сын тоже раскричался за компанию. Петал старалась по очереди накормить всех троих, но одному, самому терпеливому, всё равно выпадало ожидание своей очереди. Бласт ужаснулся, что обрёк свою жену на такие переживания. Но Петал улыбнулась.

– Я справлюсь, не бойся!

– Боги, что же это у моего отца снова близнецы! Я говорил тебе, что и я из близнецов? Правда, мой брат не выжил.

Как же мы справимся с ними со всеми?

– Не переживай, я уже придумала!

– Это такая тягость! Чем могу я отблагодарить тебя?

– Раз ты спросил. Гривна. Она не даёт мне покоя. Это не будет трудно. Только белый камень в гривну. Ты быстро справишься.

Бласт понял, что его шансы отказаться слабеют, и Петал силой характера всё равно добьётся своего. А аргументов у неё прибавилось ровно на два.