Четверной туз

Секса совсем не хотелось: утро, новый день, опять страх неизвестности этого мира, поэтому никакого влечения и возбуждения во мне не чувствовалось. Но только не Венсану. Он крепко меня держал, и с каждой новой секундой в нем нарастало сексуальное желание. Руку он просунул через пояс юбки и залез под мои трусики.

– Не сейчас! – резко воскликнула я.

– О да. Сопротивляйся, да, – в ухо, вместе с дыханием врезался его стон.

Я обернулась и зажала его руку бедрами. Пальцы, елозившие по моей промежности, остановились, а светло-серые глаза посуровели.

– Подними ногу.

– Почему сейчас? – я уперлась в его грудь руками. – Вчера был замечательный вечер. Почему сейчас?

Венсан сильно сжал меня кольцом рук, и я охнула от боли.

– Подними ногу, я сказал, – охрипший голос указал на сильную возбудимость.

– Обойдёшься, – резко сказала я.

Наши взгляды противостояли друг другу, но он был явный доминант. Резко развернув меня, он закинул мою правую ногу высоко в сторону. Мне пришлось поставить ее на ручку дверцы гардероба.

Он рывком задрал мне юбку, оттянул трусики в сторону и буквально насадил меня на свой твердый член. Опять в сухую. Этот человек может хотя бы поцеловать партнера для начала?

Равновесие при такой позе удержать у меня не получилось. Нога слетела с ручки и Венсан резко вышел из меня. Тяжело выдыхая спешно рвавшийся воздух из груди, он меня снова развернул, приподнял, удерживая за подмышки и усадил на злополучный комод. Он впился зубами в мою кожу на груди, не знаю, то ли целуя ее так, то ли пытаясь меня укусить.

Щетина больно царапала кожу, оставляя после себя жгучий след. Я ударила ладонью по его уху.

– Какого черта ты делаешь…

Но Венсан схватил мою руку и прижался ко мне между ног. В этот раз он вошел в меня медленно, несмотря на сопротивление мышц влагалища, при этом неотрывно глядя в мои глаза. Он резко и достаточно болезненно двигался во мне, глубоко всаживая в меня свой пенис, наверное, окончательной его целью было вытолкнуть его через мой рот.

Я легла на спину, чтобы оторвать его от своей груди, которую он нещадно кусал. Тогда он вцепился пальцами в мои бедра и стал еще остервеней входить в меня. Я от боли застонала. На мгновение мне пришла мысль в голову оказать сопротивление. Оттолкнуть от себя его, пнув пару раз ногами. Но тут же в памяти всплыли его глаза, ненормальные, одержимые похотью и сексуальным желанием. Мог ли Венсан избить меня, чтобы закончить начатый процесс своего удовлетворения? Да легко.