А моя душа у тебя в руках, на твоей ладошке лежит…

и вечно у счастья есть свой удел

счастливый, а может нет…

кто-то с пеленок худел не у дел,

кому-то удачи свет!

вот так и выходит: счастливчик сам,

он даже фарт умерял,

да, плачет детина по волосам,

а голову потерял!

но это ведь тоже твоя судьба,

записана в твой журнал,

и это конечные отруба,

что выделил трибунал.

а вот этот ферт несчастливым был,

такая его стезя!

в таких неудачах он с детства жил,

что и поплакать нельзя…

но и несчастнейшему из людей

однажды прийдет лафа,

когда в реестре последних вестей

выпадет счастья графа…

но это ведь тоже твоя судьба,

записана в твой журнал,

и это конечные отруба,

что выделил трибунал.

Новогоднее

А под праздником ночь, с нею целых два дня!

Этот праздник в единственном роде!

Наконец прекратится возня, суетня,

Наконец завершится мотня, трескотня!

Благодать утвердится в народе.

Мы присядем за стол, мы бокалы нальем,

С оливье, да с нарезкой-колбаской…

И цензурно вполне каждый пьет о своем,

И довольны вдвойне заедаем-жуем,

Кто с опаской, а кто-то с побаской…

С Новым годом! За счастье! Встречаем! Ура!

С Новым годом! Встречаем! Встречаем!

И шутихи гремят во дворе до утра,

И поток угощений, огней и вина

Нескончаем, мой брат, нескончаем!

Но и в вечер такой гаснет чья-то звезда,

Ведь не спит темный горестный вестник…

И крылом осеняет нас чья-то беда,

Чтоб уже не забыли о ней никогда,

Чтобы меньше ходил к нам предвестник…

И шумиха, и пена, огни, шум и гам!.

На минуту мы память разбудем…

Этот год вас забрал, но спокойно пусть вам

Будет в дальних краях, спите с миром вы там…

Мы вас помним, мы вас не забудем!

«последние листки календаря —…»

последние листки календаря —

почетный караул навек убывших

людей, событий в памяти застывших,

безмолвно ждущие явленье января.

чем дальше, тем труднее их считать

бумажки эти, символы заката,

последних дней последние солдаты,

последняя не сдавшаяся рать.

такая суетливая судьба

бегущих дней – частичек нашей сути,

застыла часовыми в этой смуте…

остатки армии – штрафная голытьба.