Мраморная роза

После пар, Лиза отправилась спокойным шагом к дому, расстояние всего несколько километров, в этот раз Апрель остался дома готовить ужин, сегодня купил неимоверно полюбившиеся ему приправы, печатал сообщения с бешеной скоростью, о том как не встретит, как он рад покупке и какой отличный ужин приготовит.

Через дорогу виднелся универмаг. Зайдя внутрь, девушка прямиком двинулась в отдел сладостей.

– И что ему в вас нравится, – взяв самую большую коробку конфет из горького шоколада с вишневым ромом внутри, она направилась к кассе, такие даже сама не попробуешь, только отплевываться начнешь.

В любимой квартире, которую в отличие от предыдущей наконец можно назвать домом, светился яркий свет, знакомая фигура стояла за столом и что-то нарезала к ужину.

Открыв дверь, Лиза на цыпочках подкралась к Апрелю и, привычно нацелившись, прыгнула к нему на спину. Дернувшись, высокий мужчина, обхватил ее руки и завертелся.

Руки в какой-то момент опустились и снова сомкнулись, но уже на шее.

– Я дотацию получила, – засопела она, – а это тебе, – вытянув из сумки коробку конфет, Лиза протянула ее Апрелю.

– За что? – удивился он в ответ.

– Да просто, ты же их любишь, каждый месяц покупать дорогова-то, но иногда ведь можно, особенно, когда деньги просто так приходят.

Апрель смущенно взял подарок.

– Лиза, знаешь, я ведь тебя очень сильно люблю.

– И я тебя очень сильно люблю.

Сжав за плечи, он прижал ее к себе.

На кухне раздевалось рычание духовки, готовящей запеченную картошку с мясом.

Глава 9

Через жесткие, белые шторы, просачивался только оттенок того, что находилось за стеклом. Желтые огни города часто раздражали обоих, привычка закрывать окна пришла еще в детстве и так и осталась.

Апрель встал с кровати и прошел в кухню, налив стакан воды, он лег на диван и размял рукой шею. Белая, молочная кожа ярко выделялась на фоне ночного неба, с этой стороны дома царила настоящая ночь, без огней и шума, без моторов гоночных машин и людского смеха. Единственным, что оставалось в этой ночи, была та самая луна, за которой они наблюдали пару дней назад.

Она казалась чем-то одушевлённым, будто могла дать наставление или покровительство. Впрочем, так оно и оказалось. Не зря его фамилия имела ее образ. Лунный Апрель, тот, кто не желал вспоминать прошлого и боялся будущего.

Подойдя к окну, он сел на подоконник. Идеальный оттенок серебра, ложащийся ему на кожу, делал его похожим на мертвого, не подходящего для этого мира, человека.