Три кита. Шахтерский роман

Иногда Лида садила Гаврила на колени и целовала его в обе щеки. И, таким образом, выражала свою симпатию к нему. Как видно, ее душа искала выхода для тепла и любви, которые переполняли несчастную девушку.

Это была наилучшая пора в жизни Гаврила, а, значит, и в жизни бабы Зоси и деда Гоши, которые в собственном внучке души не чаяли. Но все хорошее почему-то быстро проходит. И однажды Генераловы пригласили своих соседей, с которыми прожили не один год в тесной коммуналке на прощальный ужин.

– У нас – новоселье! – торжественно объявил Потап Потапович, когда и гости, и хозяева уселись за стол.

 – Квартиру благоустроенную дали. Трехкомнатную! В кирпичном доме! С раздельными ванной и туалетом. Вода холодная, горячая – круглые сутки…

Казалось, радости новоселов не было предела.

– Вот, как только переедем, приходите нас проведывать…

Однако пожили в новой квартире Генераловы недолго. Потап Потапович вскоре неизлечимо заболел. То ли ожирение сердца у него врачи заподозрили, то ли еще – что.

Но, как только он всерьез занедужил и слег, больше уже не поднимался с постели. Супруга его на этом свете тоже не особенно задержалась, и через год после смерти мужа ее отвезли на кладбище. Старшая дочь Генераловых обзавелась собственной семьей. Лиду же определили в дом для умалишенных. Гроховы навещали ее несколько раз. Но однажды к ним домой пришла Дана и сказала, что ее младшая сестра приказала всем, кто ее знал, жить до глубокой старости.

15

Гаврил поначалу ужасно ревновал Офелию к Витьку Булыгину.

Это был его новый сосед. Пацан, как пацан, с черными живыми и ужасно лукавыми глазенами. Смышленый не по годам, он знал, откуда дети берутся.

– Да, в магазине их покупают! – важно изрек Колька. – Мне ж, мамка говорила.

– Дурак – ты! – рассердился Витька. – Не будет же твоя мамка тебе, молокососу, рассказывать, как они с твоим папкой по ночам тебя делали!

– Правильно он говорит! – со знанием того, о чем вел речь подтвердил Пашка. – Если женщину за грудь часто тискать, у ней дети появляются…

– Как – это? – от изумления открыв рот, спросил Гаврил.

– А, вот – так! Через рот изнутри они выходят… – продолжил Пашка.

– Сами по себе, что ли? – допытывался Колька.

– Хо-хо-хо! Какие вы, все – темные! – не выдержал Булыгин.

До сих пор он с хитрой улыбкой на лице следил за спором ребят, наконец, это ему наскучило.

– Что вы несете, недотепы!

– Куда уж, нам – до тебя! – с обидой возразил Пашка.