Суккуб Метаморфозы

Он хохотал как сумасшедший, моя ярость утихла и мне стало жаль себя. Потом он каждый день приходил и разговаривал со мной. Он говорил со мной восемь лет и прошло еще столько же, пока я не определил свое истинное желание.

– Каким же оно было? – хриплым шепотом спросила я, совсем подавшись вперед.

Сэм открыл было рот, но вдруг повернул голову и прислушался.

– Кто – то открывает дверь, – тихо сказал он.

Я напряглась внутренне, именно сейчас мне не хотелось чтобы этот кто – то вторгался в нашу уютную беседу и разорвав круг, нарушил зыбкое равновесие, которое только начало создаваться в душе.

Я слышала как открылась дверь, как некто вошел тихонько напевая торжественную аппассионату. Шаги приближались, и вот он стал в проеме двери, слегка поднял светлые брови, увидев меня. Коротко поздоровавшись с Сэмом, он снова уставился на меня, затем взгляд его стал лукавым и тряхнув белокурыми кудрями он галантно поклонился.

– Фридрих, – представился он. – Ницше.

Я замерла, казалось, что мир вокруг меня пополз по швам.

Стоявшее передо мной воплощение Зигфрида никак не вязалось с именем, которое он назвал. Мысли вдруг замерли, дыхание скрылось в глубине сердца. Он улыбнулся иронично и взглянул наверх.

– Ты еще не показал фройляйн наш итальянский потолок? – спросил он. – Да и темно тут у вас….

– Пожалуй пора, – со спокойной торжественностью произнес Сэм.

Фридрих нажал на выключатель, и задрав голову я наблюдала как медленно разъезжаются две бесконечно черные створки, открывая нежную лазурь тициановских небес.

Фридрих плюхнулся рядом на диван и кокетливо оглядел меня.

– Фройляйн к нам надолго? – спросил он глядя мне в глаза, затем взял меня за руку.

– Посмотрим, – лаконично ответил за меня Сэм.

– О чем ты просишь его? – спросил Фридрих, улыбнувшись одними губами.

– Ни о чем… мы просто разговаривали о Вагнере, – я немного смутилась.

– О Вагнере! – оживился он, но тут же сделал загадочный тон. – Ты хочешь быть другой, я прочитал это в твоем сердце.

Он попал в точку.

– Я хочу найти свое желание, – сказала я.

– И Сэм исполнит его, – патетически закончил Фридрих.

– Почему? – я совсем запуталась и растерялась.

– Потому что Сэм – Тот Кто Исполняет, такова его суть и таким было его истинное желание – исполнять желания, поэтому он счастлив и бессмертен.

Сначала я подумала, что Фридрих шутит, но его ярко – голубые глаза смотрели серьезно.