Земля дождей

На острове не было ни одной палки, ни одного камушка, ну хоть чего-нибудь, что могло бы мне помочь. Пришлось рыть исключительно собственными ладонями. Безумие просто.

Чуть глубже земля пошла немного влажнее, мягче. Руки мои вскоре стали черными, а пот окутал всё тело и заблестел в лучах, тут же высыхая.

Спустя неизвестное мне количество времени я вырыл, как мне показалось, достаточно глубоко – и влез в получившуюся яму. Осторожно лёг. От земли исходила усмиряющая прохлада – то, что надо. Однако всё же маловато, подумал я.

Нужно рыть дальше.

Выбравшись из ямы, я снова сел на колени и продолжил трудиться. Вскоре пальцы одеревенели – ощущение, что вот-вот хрустнут и отвалятся. Кожа, казалось, уже начала плавиться, в горле хрипела жажда, капли пота отвлекающе ползали по всему телу. Лишь редкий прохладный ветер время от времени по-дружески опускал на мои плечи свои лёгкие руки, и в такие мгновения я переставал рыть и закрывал глаза, сосредотачиваясь на приятном ощущении.

Спустя, наверное, часа два напряженной работы мне пришлось остановиться.

На меня глядела полуметровая глубина моих стараний, но что-то в происходящем стало не так. Солнце, которое горячо дышало мне на шею и спину, вдруг ослабло. Будто и вовсе пропало. Это ещё что за дела такие, подумал я.

И озадаченно приподнял голову. Нет, солнце по-прежнему мощно раскаляло весь островок. Просто странная тень нависла только надо мной.

2

– Не рановато для могилы? – раздался шёпот.

Сжимая в кулаке горсть земли, я быстро повернул голову.

Человекоподобная фигура была величественно окаймлена ярким солнечным прожектором. Мои глаза тут же заслезились от попытки разглядеть лицо стоявшего существа. Предчувствие, однако же, было отнюдь не самым радужным.

– Дьявол?.. – хрипло спросил я. И, сам того не заметив, чуть передвинулся назад и с грохотом провалился в яму.

Надо мной раздался неожиданно громкий смех. Женский.

– А что, так похожа?

Прядя в себе после падения, я приложил ладонь ко лбу в виде козырька и из ямы всмотрелся в нарушителя моего покоя.

…Волосы золотом вьются до самых локтей. Подол ярко-красного сарафана, касаясь колен, колышется на ветру. Белые сандалии облегают босые ноги. Худые плечи и руки. Светлая кожа. На лице приветливая улыбка. Точнее, самозабвение от смеха…

Передо мной стояла самая обычная девушка. Восемнадцати, может, двадцати лет на вид. Стояла – и хохотала над свалившимся в яму, вспотевшим, грязным, замученным человеком.