Лунные дети – 2. Полина. Часть первая

 – Виктор Иванович, конечно, всё расскажет тёте Анфисе, – экстраполировал он ситуацию на полчаса вперёд. – Та прибежит и будет кричать. Ладно, это ещё пережить можно. Но если она что-нибудь отнимет у меня до конца каникул – вот это на самом деле будет плохо. У меня тут все детали – нужные…»

Следующие десять минут были посвящены лихорадочной уборке. В конце концов в комнате возникло даже некоторое подобие порядка, чего, если честно, тут не наблюдалось как минимум года три. Все самые необходимые детали пришлось спрятать под кровать и сверху занавесить одеялом, а то, что не уместились – запихать в нижний ящик стола.

Мишель оглядел комнату, освещённую отблесками лунного света, одел брюки и принялся ждать экзекуции.

Минутная стрелка фигурным концом докарабкалась до самой верхней цифры «10» и начала опускаться вниз. Никто не приходил. По коридору протопали чьи-то тапочные подошвы – и вновь наступила тишина. Вскоре стих гул голосов на первом этаже – и дом вновь стал погружаться в сон.

«Ночью, значит, ничего чинить не стали и электричество решили посмотреть завтра, чтобы в темноте не копаться» – Понял мальчик.

В этом не было ничего необычного – такое происходило не впервой. Там работы было на каких-то десять минут – продукты из холодильника отнести в погреб или на веранду, потом выключить котлы – и можно ложиться спать.

Только непонятно, куда делась тётя Анфиса. Не может такого быть, чтобы она не пришлась читать свои нотации.

Или Виктор Иванович не почувствовал, как здесь пахнет? Этого просто не может быть! Значит его завтра ругать будут.

С этими мыслями мальчик быстро разделся и уснул.

Но на следующее утро Мишеля ругать не стали, так как произошло событие, перед которым померкли все его предыдущие «подвиги». Августа и Фердинанд, восьмилетние рыжие близнецы-двойняшки, опрокинули шкаф в прихожей.

Это был не просто шкаф, а шкаф-монстр. Мебель такого размера промышленность выпускала в незапамятные времена, когда дома были не в пример больше, а комнаты – просторнее.

Этот предмет мебели занимал больше трети комнаты, и никто из домашних не мог вспомнить, каким образом его смогли втащить в дом. Даже в разобранном состоянии любая из его частей никаким боком не вписывалась ни в окно, ни в дверь.

– Его, наверное, поставили, когда здесь ещё стен не было, – однажды выдвинула предположение тётя Анфиса. Это и стало официальной версией появления шкафа.

Именно его близнецы и умудрились опрокинуть.