Дело побежденного бронтозавра

Загорский с некоторым сомнением покачал головой: организовывать контрразведку прямо во время войны – идея не самая удачная.

– Выбора особенного у нас нет. Как говорится, лучше поздно, чем никогда, – отвечал тайный советник. – Мы уже столько раз разбивали лоб о японских шпионов, что пора наконец и о шлеме позаботиться. Впрочем, это еще не все.

Перехватив удивленный взгляд Нестора Васильевича, его превосходительство упрямо кивнул головой, подтверждая: еще не все! Камакура, которого поймал Загорский, оказался крепким орешком.

Демонстрирует чрезвычайную стойкость и не сказал ни единого слова о своей деятельности в Петербурге. Тем не менее жандармам удалось установить его связь с неким пехотным капитаном с польской фамилией Шиманский. Человек этот, как выяснилось, появился в столице вскоре после начала Русско-японской войны.

– Хаживал он в офицерское собрание на Литейном, там познакомился со многими полезными людьми, вообще, вел себя довольно активно, однако больше слушал, чем говорил.

Как свидетельствуют знавшие его люди, товарищ он хороший, хоть и поляк.

Загорский хмыкнул.

– Ну да, – с раздражением кивнул его превосходительство, – все наш великорусский шовинизм. «Товарищ хороший, хоть и поляк». Впрочем, полагаю, тут есть свой смысл. Что вам известно о Польской социалистической партии?

Польская социалистическая партия, или ППС, была партией революционно-националистического толка. Основной ее задачей стало создание независимой от России польской республики.

В феврале 1904 года, почти сразу после нападения Японии на Россию, руководство ППС выпустило воззвание с осуждением захватнической политики Российской империи на Дальнем Востоке.

– Разумеется, заявили о необходимости нашего поражения – все для того, чтобы полякам легче было выйти из состава Российской империи, – продолжал тайный советник. – Но заявления – это ладно, как говорится, брань на вороту не виснет. Хуже, что они взяли курс на подготовку вооруженного восстания.

Решили, что называется, вонзить нож в спину. Умно, ничего не скажешь. Пока мы бросили основные силы на восток, они решили пощекотать нас на западе.

Как объяснил патрон, с началом Русско-японской войны все посольство Японии покинуло Санкт-Петербург и спустя некоторое время разместилось в Стокгольме. В состав посольства входил военный атташе полковник Ака?си Мотодзиро?, который фактически возглавил в Европе японскую агентуру.