История одной беременности

Не пытаться переложить ответственность на кого-то другого, потому что маленькая жизнь зародилась во мне, и мне предстоит принять решение, позволить ли ей существовать, наделить ли правом на жизнь.

Я ответила на вопрос: «Я жду». Я ждала, но мне было очень страшно. И это был не липкий, вязкий страх, а паника, словно на меня падает рояль с девятого этажа, а я замерла и не могу пошевелиться. Что и говорить, это было очень неприятное чувство.

В попытке сбросить оцепенение я дала себе пощечину и сказала: «Соберись, Аня!»

И стала рассуждать как взрослый человек.

Наделять правом на жизнь могут лишь те, кто дарует жизнь. В этом смысле женщины – избранные.

Я могла бы решить так: я творец, и это мое дело, увидит ли свет мое творение. Но верное ли это утверждение? Надо понимать, что личность, которую я произведу на свет, будет во мне нуждаться, но в какой степени и как долго, решать уже предстоит этой личности. Шедевры не имеют подобной самодостаточности, но и они покидают своих творцов.

Родить ребенка осознанно для меня значило заранее принять то, что лет через восемнадцать я уже буду ему не нужна.

Я продолжала сеанс самокопания. Для наглядности я представила, что я… нет, не Анджелина Джоли, а скалолаз.

Да-да, я скалолаз, попавший в ситуацию выбора. На страховке над пропастью вишу я и еще кто-то. Он висит ниже меня, и я не знаю наверняка последствий своих действий. Выдержит ли веревка нас двоих? Но именно я должна принять решение.

Я никогда не смогу все рассчитать точно.

Я могу лишь судить об этом, делая вывод на основе анализа бросающихся в глаза обстоятельств. Но обстоятельства не статичны, и в состоянии аффекта, перед лицом столь трудного выбора я что-то упускаю из виду. И вот я, обливаясь потом, цепенея от страха, принимаю решение…

Последствия этого решения я буду ощущать всю жизнь. Но, может быть, и нет? Ведь есть же люди, которые не винят себя, они утверждают, что веревка не выдержала бы, что у них не было иного варианта и что лишить человеческое существо права на жизнь их вынудило роковое стечение обстоятельств.

Можно врать себе, уверяя, что лишить кого-то жизни – единственное разумное решение, но разум и страх легко перепутать в подобных ситуациях.

Что ж, я проверю веревку на прочность, пусть даже жизнь другого человека ставит под вопрос осуществление моей мечты, и даже больше – если есть риск для всего моего существования…

Тут я задумалась: на одних весах жизнь, на других – существование.