На границе зеркала. Балтийские грёзы. Часть 2

На время мы перешли на ничего не значащие темы. Я, как всегда, прошёлся по её внешности, без единой надежды на близость, скорее, чтобы не оказаться бестактным, затем заговорил о предстоящем лете и наконец о погоде, дождливой и недружелюбной, совсем нетипичной для этого майского времени в Одессе.

– А какая погода сейчас в Днепре, также дождливо?

Ох ты блин! А какая же там погода?

– Ты знаешь, я сейчас еду из Польши, почти из самого побережья Балтики, там погода просто чудо.

– Да-а? Ты смотри, какая у тебя интересная жизнь, по заграницам разным мотаешься, что там тоже нашим металлом интересуются?

– Интересуются, и не только металлом, и нашим лесом, и нашим газом, ну и нефтью нашей соответственно.

– Никогда не знала, что у нас есть газ и нефть на продажу, мне всегда казалось, что нам самим россияне кислород, то есть углеводород, перекрывают.

Ну надо же, что-то я расслабился, язык без костей, пора быть серьёзней, замахнулся на такие дела, а сам веду себя, как баба базарная, никак не войду в роль украинского бизнесмена с криминальным оттенком.

– Не столько речь идёт о газе, сколько о лимитах на него, короче говоря, это дело скучное, ты мне лучше скажи, а как там поживает семья Саши Цинклера, чем занимаются, живут они в том же доме?

– Ну как ты наверное знаешь, Саша умер лет семь – восемь назад, при довольно загадочных обстоятельствах, все поговаривают, что его заказали, хотя официальная версия – больные почки. Довольно странно, ведь по сути он был человеком – душкой, и нашим и вашим, ну да ты его знал лучше, это же он ввёл тебя в этот круг.

Что там могло произойти…? Возможно он стал свидетелем чего-нибудь такого, о чем не говорят, а может действительно почками страдал. Хотя Кларка, когда забирала весь Сашин товар из салона, говорила, что ничем похожим он никогда не болел. Короче, тайна за семью печатями.

– Ну а что его семья, как они поживают теперь?

– Бориса вижу часто, бывает здесь чуть ли не через день, по-моему он агент Петра. Продолжает дело, которым занимался отец – антика и предметы старины, поэтому естественно в близком контакте с Петром.

Растолстел, как и папаша, женат уже третий раз и от каждого брака по одной дочке. С матерью конфликт страшный на почве наследства, так, таки было, что делить. Кларка нет-нет приносит что-нибудь продать по мелочи, рассказывает, какие он ей козы мочит. Она обитает в том же особняке, вместе с первой невесткой Анной и внучкой – чтоб я так жила, ситуация довольно нетипичная.