На границе зеркала. Балтийские грёзы. Часть 2

И вообще, Юра, зачем нам думать, что им делать, давай будем думать, что делать нам. В наших сегодняшних условиях тотального безденежья, это реальный способ приподнять штаны и хоть как-то выйти на скорый новый год с надеждами на просвет.

– Дело вообще-то знакомое, фирма как раз этим и занимается. Набрать копателей из числа желающих получать ежедневную оплату из расчёта отработанных часов, только так туда можно загнать наших аборигенов. Потом взять где-то денег на месяц вперёд, что бы, как в цирке тиграм мясо, раздавать местным бичам деньги за всевозможные пируэты и кульбиты, но и это ещё семечки.

– А что же тогда по-твоему, не семечки?

– Кто этим всем будет руководить – вот вопрос вопросов. Как я понимаю, это должен быть, как минимум Суворов Александр Васильевич, хотя конечно лучше Сталин Иосиф Виссарионович.

– А я почему то считала, что это может быть Бондарев Юрий Михайлович.

– Теперь я понял, ты смерти моей хочешь, дескать, зачем тебе мучиться остаток лет, раз пожил своё – сливай воду.

Нет, Раечка, давай искать Сталина, он в боях проверенный товарищ.

Вот так начиналась эпопея моего постепенного входа назад, в строительный бизнес, пути к которому я сам себе отрезал когда-то, будучи ещё на Украине. Для Раисы это было новое приключение, сулящее ко всему приобретённому опыту ещё и денег, в случае, если всё выгорит, для меня же, всё выглядело гораздо сложнее. С одной стороны деньги действительно лишними не бывают, с другой – не хотелось нарушать свои принципы, один из которых состоял в том, чтобы дважды не входить в одну и ту же реку.

Другой принцип – держать табу, однажды возложенное на себя, всегда и всюду.

Для людей моего склада – это жизненно необходимый принцип, иначе гибель. Одно из таких табу был отказ от любого вида строительной деятельности. Конечно же этот отказ был продиктован, скорее, какой-то детской обидой на судьбу, по-другому и не скажешь, обидой за несостоявшиеся мечты.

Это совсем не то табу, благодаря которому, я не сажусь больше пьяным за руль, или не играю в карты на деньги. Это просто досада, засевшая глубоко в сердце и ждавшая своего высвобождения, не знаю на радость ли, на беду? В конечном, очень конечном счёте, путного ничего из этого не могло и быть, так как не только строительного образования, но самое главное, никакого желания двигаться в этом направлении, кроме, как рвануть побольше денег, не было вообще.