Книга №2

У вас, хуторских отметка на морде есть – глаза разного цвета. А в городе пригодится!

Участковый довольно засмеялся, видимо представив, как я буду запугивать жителей Первопрестольной.

– Пойдем, доедим! Наверно остыло уже. А потом к другу твоему отправимся. Может, он расскажет что-нибудь путное.

– А деньги?

Милиционер лукаво посмотрел в мою сторону, без слов вернул паспорт и небольшую часть денег.

– Когда уезжать будешь, отдам остальное. Здесь тебе они вообще не понадобятся.

Спорить возможности не было, и мы сели за стол, вновь накрытый за время нашего отсутствия и украшенный трехлитровой банкой деревенской самогонки.

Выпивая и закусывая под веселый и нескончаемый треп капитана, я старался больше ни о чем не думать и ничего не предполагать. Стройные версии создавались и рушились на глазах. Верить было некому. Все пытались что-нибудь утаить от меня и при этом ожидали полного доверия к ним. Оставалось лишь расслабиться и отдаться произвольному течению жизни.

Глава 8. Страшная ночь

Было уже полпятого, когда мы изрядно повеселевшие встали из-за стола. Участкового сильно покачивало.

– Айда, Андрей, к другу твоему, следователю! – хмельным голосом позвал он.

– А что с батюшкой? – поинтересовался я. – Целый день на солнце лежит, жалко.

– Пусть валяется! Может, звери растащат! – пошутил и сам рассмеялся Корниенко.

– Нет! – возмутился я. – Давайте сперва с телом разберемся!

– Ну, хорошо! Следовало бы в морг его отвезти, да куда я в таком виде поеду! Давай, Андрюха, прикопаем его до завтра.

Милиционер бросил две лопаты в багажник.

– Не поздно в степь собрались? – спросила тетка весьма серьезным голосом. – Через три часа темнеть начнет.

– Так посветим! – засмеялся в ответ капитан.

– Да я не о том! – расстроенная нашим безрассудством тетка махнула рукой. – Страшная ночь сегодня будет. Ворота на тот свет откроются, нечисть по улицам гулять будет.

Участковый наклонился и зашептал мне на ухо.

– Хуторские верят, что раз в год перед праздником покойники из могил вылезают и по окрестностям бродят!

– Ну, Иван Сергеич, верь не верь, – вмешалась моя родственница. – А как наступит темнота, предупреждаю, тебя ни в один дом не впустят. Даже если убивать на улице будут. Тем более если будут убивать….

– Да, знаем, знаем все, Валентина! – милиционер раздраженно отмахнулся, и многозначительно похлопал себя по кобуре.