Смехх

Из-за этого все листы сразу после начала чтения проворачивались на оси, и вся книжечка быстро превращалась в пышную бумажную розу.

Служка вручил нам каждому по такой книжечке и помог разобрать плохо продавленные буквы названия:

КРАТКАЯ ИСТОРИЯ

ВСЕПРАВОСЛАВНОЙ АГАПИЧЕСКОЙ ЦЕРКВИ

АРМАГЕДДОНА

ИСТИННО РУССКОЙ ЛЮБВИ, ВЕРЫ И НАДЕЖДЫ

ТОМ XIX

ПОСЛЕДНЕЕ СРАЖЕНИЕ

МЕЖДУ ЭРОСОМ И АГАПЭ

Полистав, мы не стали спрашивать, где остальные восемнадцать томов. Сказали спасибо, развернулись и отправились восвояси.

Было что подарить жениху на первую ночь.

Когда мы уже возвращались, мотоцикл тоже подъезжал к даче. Заднее его колесо не крутилось от грязи, и он подъехал только передним. В группе встречающих издалека выделялась Вика в своём белом платье невесты. Как в «Лебедином озере», ей противостояла высокая дева в чёрной куртке-косухе и чёрных же джинсах (если они и не были чёрными изначально, то сейчас были). Столь же чёрным (по всей спине, начиная с плеч) был и сам Евгений Александрович Март.

Кто-то из гостей называл его просто Евгешей, потому что радостно кричал: «Евгеша приехал! Евгеша приехал!» Я сразу узнал своего бывшего Вергилия из Дома литераторов и был ему даже рад. Этот гений мне часто вспоминался. Евгеша не успел ещё даже вытереть руку для рукопожатия, как Вике уже удалось его поцеловать. Надо ли говорить, что все смотрели на это целование не дыша?

Ситуация начала проясняться, когда все уже сидели за столом. Евгений Александрович встал и произнёс тост. Заложив левую руку за спину, словно у него болит поясница, Март долго и обстоятельно говорил о том, насколько он рад, горд, счастлив, польщён, очарован, вознаграждён, преисполнен и снова счастлив уже одним этим фактом, что Виктория Обойдёнова… его ученица.

Вилка продолжила путь в мой рот. В последний раз с такой силой мне в десну вонзался шприц зубного врача. Сейчас было круче ровно в четыре раза.

– … лучшая ученица и одна из самых талантливых моих учениц, – продолжал Март.

Рядом звякнул тарелкой Лёша.

Его уязвила мысль, что лучшей ученице не обязательно быть самой талантливой. Мы вместе поглядели на жениха. Тот смотрел уже не совсем осмысленно. Откинувшись на свой стул, он обнимал рукой спинку Викиного.

– … будущее русской женской поэзии.

Будущее пряталось под внезапной фатой, но и сквозь фату было видно, что оно рдеет.

– Разумеется, не буду отрицать, что я тоже приложил к огранке этого потрясающего таланта некоторую сумму усилий, – продолжал Март.